Кини-Нуи

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кини-Нуи » Книги » BIONICLE Legends#11. The Final Battle


BIONICLE Legends#11. The Final Battle

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://www.majhost.com/gallery/beloglaz/Guide/bl11.png

ПОСЛЕДНЯЯ БИТВА
(Грег Фаршти, 2008)

Пролог

      Что было прежде…

     Давным-давно, когда мир только создавался, Великие поняли, что необходим центр, из которого будут проистекать все энергии. В своей великой мудрости, они создали огромную камеру, которая могла непрерывно снабжать энергией Великого Духа Мата Нуи и мир, которым он правил. Они назвали эту камеру «Карда Нуи» - Маторанскими словами, означающими «Великое Сердце».

     То, что они создали, было не просто еще одной пещерой – оно было так огромно, что представляло собой почти отдельный мир. Бесплодная пустыня тянулась на многие мили во всех направлениях, а потолок Карда Нуи находился так высоко над землей, что его едва можно было видеть. Но сердце мира было незаконченным, недоработанным, и надо было еще многое сделать, чтобы оно могло служить своей цели.

     Племя Ав-Маторанов – сельских жителей, наполненных силой Света – было послано закончить последние дела, требуемые для подготовки сердца. Их работа была долгой и опасной, потому что разумные энергетические существа, называемые авокахами, нападали на них наугад, и убили или повредили множество Маторанов. Кризис стал таким серьезным, что команда новых героев, Тоа Мата, была направлена в Карда Нуи охранять жителей деревень.

     Эти Тоа – Таху, Гали, Похату, Онуа, Лива и Копака – были еще необучены и неопытны. Но они все же сумели, используя свою сообразительность и элементарные силы, отражать нападения авокахов достаточно долго, чтобы Ав-Матораны завершили свою работу. Когда Матораны покинули Карда Нуи, Мата была открыта их истинная миссия: они должны были тысячелетия спать в Кодрексе, куполе внутри Карда Нуи, и быть призванными, если Мата Нуи будет повержен. Они спали в Канистрах Тоа, проходили тысячелетия, но они об этом даже не знали. Канистры также защитили их от ужасного энергетического шторма, разразившегося, когда Карда Нуи впервые заработал.

     Время шло. Влага создала гигантские сталактиты, выросшие на крыше пещеры. Под этой крышей расцвела цивилизация Ав-Маторанов, защищенных от хищников и всех, кто мог бы желать им зла. А Тоа Мата спали…

     Потом, примерно 1000 лет назад, произошла катастрофа. Братство Макуты напало на Великого Духа Мата Нуи, погрузив его в бесконечный сон. Канистры Тоа Мата были выброшены, чтобы они попытались спасти его, но из-за неправильного срабатывания канистр Тоа спали еще тысячелетие. Мир сотрясали сильные землетрясения, и сталактиты – с жившими наверху Маторанами – упали. Хуже того, в крыше Карда Нуи открылась дыра, и вода снаружи полилась внутрь. Пески внизу стали болотом.

     Выжившие Ав-Матораны построили новые деревни на верхушках сталактитов, которые были теперь воткнуты в грунт. Они жили в мире и гармонии в своих новых домах. Так прошли сотни лет, и Матораны почти забыли, что такое страх.

     Все изменилось несколько дней назад. Темные фигуры с крыльями летучих мышей появились в небесах Карда Нуи. Это были могущественные члены Братства Макуты, и они с помощью созданий тени, называемых теневыми пиявками, испортили многих Маторанов Света. Вскоре невредимой осталась только одна деревня, но и ее падение было только вопросом времени.

     Спасение пришло в лице Таху и его команды – трансформированных в более могущественных Тоа Нува – которые сразились с Макутами в небе и в болотах. Теперь, когда время для вселенной истекало, обе стороны готовились к тому, что могло стать последней битвой.

Комментировать здесь.

+4

2

Глава 1

     Таху Нува летел, едва не касаясь болотной воды Карда Нуи, в полной боевой готовности. Он вел воздушное единоборство с Макутой Вампрахом, пока крылатый охотник не исчез в тумане. Теперь это была смертельная игра в прятки, и он ждал неизбежной атаки.

     Он поймал себя на том, что почти завидует Похату, Копаке и Ливе, которые появились наверху с Маторанами на спинах. Вторая пара глаз была бы сейчас очень кстати.

     Он заметил быстрый промельк тени на мутной воде. Таху перевернулся в воздухе и выпустил струю огненных шаров вверх и за спину. Но не было никакого признака врага, только пустое небо.

     Успокойся, - сказал себе Таху. – Это не хуже, чем прогулка вслепую в гнездо Бороков.

     Он слышал высоко наверху над собой звуки сражения. Остальные Тоа Нува сражались с Макутами – товарищами Вампраха, и большая часть действий разворачивалась около сферического строения в болоте, называемого Кодрексом. Тоа говорили, что они должны войти туда, потому что он скрывал в себе их «начало и, возможно, конец». У героев были шесть кусков ключ-камня, который мог открыть им вход, но пока что они не могли пробить себе путь мимо Макут и войти внутрь.

     Таху услышал тихий свист чего-то падающего неподалеку, после чего раздалось резкое «клик». Он уже начал ненавидеть этот звук. Это был шум открывающейся капсулы Трайдекс, несущей груз теневых пиявок. Одна такая пиявка могла высосать свет из Тоа, Маторана или любого другого существа, сделав его темным и испорченным заложником Макут.

     Он взглянул в сторону источника звука. Четыре существа быстро падали прямо на него. Было уже слишком поздно уворачиваться, но еще не поздно включить силу своей Хау Нува. Маска Защиты создала вокруг него энергетическое поле, которое не дало пиявкам добраться до него. Поразительно, но они присосались к самому щиту! Таху содрогнулся при виде того, как мерзкие твари тщетно пытаются высосать энергию маски.

     Придвинувшись так близко к воде болота, как можно было рискнуть, он резко выключил щит. Пиявки посыпались в воду, которая начала пениться. Онуа первым открыл, что эта вода мутагенна, способна трансформировать любой предмет, подвергшийся ее действию. Вот почему Тоа избегали ее любой ценой. Теперь теневые пиявки изменялись… возможно, во что-то еще худшее, чем прежде. Таху не имел желания задерживаться поблизости и смотреть, чем это будет.

     Его взгляд задержался на Ливе, Онуа и Копаке, зажатых на клочке земли теневыми выстрелами Макут. Гали и Похату вели свои собственные сражения, так что помощь должна была прийти от него.

     Ладно, пора разобраться с Макутами, - решил он. – Люблю по утрам запах горелых летучих мышей.

     - Знаете, - сказал Лива Нува, Тоа Воздуха, - Это напоминает мне одну историю.

     Он, Копака Нува и Онуа Нува стояли спиной к деревьям в болоте Карда Нуи. Они поочередно осыпали выстрелами из своего оружия и выбросами элементарных сил атакующих Макут.

     - Могу я рискнуть понадеяться, что в конце там нет шестерых мертвых Тоа Нува? – пошутил Онуа.

     - И, пожалуйста, скажи мне, что эта не та, что про трех Маторанов, краба Манаса и ведро? - сказал Копака. – В прошлый раз, когда ты мне ее рассказывал, мне понадобилась неделя, чтобы выбросить эти образы из своей головы.

     - Нет, нет, - ответил Лива, используя мини-циклон, чтобы разбросать четырех теневых пиявок в разные стороны. – Это та, что о трех Маторанах, рое Нуи-Рама и корзине ягод була.

     Онуа взглянул на Копаку, как раз в тот момент, когда теневой столб расщепил дерево позади него:

     - Помнится, такой я не знаю.

     Копака покачал головой:

     - Уверен, что буду сожалеть об этом, но я тоже.

     - Как-то раз, жили-были три Маторана, - начал Лива.

     Копака прервал его:

     - Сейчас действительно подходящее время?

     - Как-то раз, жили-были три Маторана, - повторил Лива, более решительно. – Они вышли быстро-прогуляться и нарвать ягод була к обеду. Как вдруг, на них напал рой Нуи-Рама. Они превосходили их численно и Матораны были конечно-обречены.

     - Не вижу необходимости слушать такую историю, - проворчал Копака. – Я в ней живу.

     - Но заметьте, что Макуты держатся на расстоянии,- хихикнул Онуа. – Они, должно быть, уже слышали Ливину сказку раньше.

     - Как я говорил-сказал, - продолжил Лива, - Матораны оказались в ловушке, и выхода не было. В конце концов, один из них сказал: «Я думаю, они хотят ягод була. Давайте отдадим им ягоды?» Ну, все подумали, что это отличная-хорошая идея – лучше быть голодным, чем мертвым.

     - Я продолжаю ждать той части, где героический Тоа Лива спасает положение, - сказал Копака, прерывая полет теневого Маторана ледяным штормом.

     - И вот, они оставили корзину ягод була и отошли, - продолжил Лива, игнорируя Копаку. – И Нуи-Рама быстро-слетели вниз к ней. Но в следующее мгновение, они начали драться друг с другом за то, кому достанутся сочные ягоды. И вскоре ни одной Нуи-Рама не осталось! И тогда три Маторана вышли из укрытия, забрали свои ягоды и пошли домой.

     - И мораль этой сказки в том, что…? – спросил Онуа.

     - Всегда носи с собой ягоды, - сказал Копака.

     Лива вздохнул:

     - Нет, нет… ключ к поражению Нуи-Рама заключался в том, что они хотели. Чего здесь надо Макутам?

     - Я задаю себе тот же самый вопрос, - согласился Онуа.

     - Это очевидно, - сказал Копака. – Они хотят шесть ключ-камней, которые можно использовать, чтобы открыть Кордекс.

     Тоа Льда указал на огромное строение в нескольких ярдах от них. Оно было защищено таким сильным энергетическим полем, что простое прикосновение к нему отбрасывало на середину болота.

     - В этом нет смысла, - сказал Онуа, создавая стену земли, чтобы блокировать удар молнией одного из Макут. – Братство было здесь за несколько дней до нас, и они знали о ключ-камнях. Если камни были им нужны, они могли забрать их еще до нашего появления. Нет, у них в мыслях что-то другое, и я могу это доказать.

     - Каким образом? – спросил Лива.

     Онуа показал на шестерых Макут в воздухе, каждый из которых обладал невероятной силой, намного превосходящей любого Тоа:

     - Элементарно – мы до сих пор живы.

     Высоко наверху, Макута Крика осматривал бушующую вокруг него битву. Это была борьба-качели: Макуты оттесняли Тоа назад, а затем Тоа поднимались в энергичную контратаку. Сторонний наблюдатель конфликта мог предположить, что он будет длиться вечно, но Крика знал, что такого быть не может.

     И это-то меня и беспокоит, - думал он. – Не то, победим мы или проиграем в этом очаге заразы, но что произойдет, когда битва закончится. Каким станет мир? Пощадим ли мы Тоа, сохранив им здесь жизни, или совершим против них наихудшее возможное преступление?

     Сильная струя воды прошла сквозь бесплотную фигуру Крики, не причинив ему никакого вреда. Он обернулся, и увидел летящую к нему Тоа Гали, с призрачным бластером наготове. Если Тоа ожидала услышать от Крики крик ярости или вызывающий возглас, она была разочарована.

     - Мы обязательно должны играть в эту игру, Тоа? – спросил Макута. – Ты, может, и не знаешь, чем все это закончится, но я знаю.

     - Так открой этот секрет мне, - сказала Гали, выстреливая из бластера. В воздухе вокруг Макуты возникли энергетические барьеры.

     - На острове Заказ есть старая поговорка , - ответил Крика. – «Только дурак дерется в горящем лесу». Пока ты тратишь время, сражаясь со мной, твой мир сгорает дотла, маленькая Тоа.

     Крика внезапно прошел сквозь барьеры и стремительно бросился вперед. Прежде чем Гали успела среагировать, он стал плотным и схватил ее, высосав в процессе часть ее энергии.

     - Пошли со мной, - сказал Макута, направляя ее полет в сторону от сражения, - и я расскажу тебе историю, которая заморозит твое сердце, а надежды превратит в пепел.

     Похату видел, что Гали захватили, но был не в том положении, чтобы помогать. Он бился с Макутой Гораст, кажется, уже целую вечность. Пока что, она прокладывала себе дорогу через град световых сфер, не обращала внимания на булыжники и пережила прямое попадание вырванного с корнем дерева. Он даже полетал вокруг нее на супер-скорости, нанося тысячу ударов в секунду, и добился немногим большего, чем только вызвал у нее раздражение.

     - Падай уже, - проворчал Тоа Камня. – Ты очень меня расстраиваешь.

     Ответом Гораст было насмешливое шипение, за которым последовал сокрушительный удар, отшвырнувший Похату и его спутника-Маторана по направлению к Кодрексу. Потом они ударились об энергетическое поле, и их отбросило в противоположном направлении, прямо к Гораст. Она встретила их еще одним ударом. Они рухнули в тину и остались лежать там, едва шевелясь.

     - Тоа Камня, - расхохоталась Гораст. – Тоа Глины было бы точнее. Ты действительно думал, что сможешь выстоять против воина, под пятой которой были целые армии?

     Похату, превозмогая боль, оторвал голову от грязи и стер с маски тину:

     - Ну, это, похоже – оу – хорошая своевременная идея.

     - Вы, Тоа Нува, здесь умрете, - продолжила Гораст, подлетая поближе к упавшей паре. – А Матораны присоединятся к нам во мраке. План будет выполняться. Вы не сможете остановить его.

     Похату поднялся, опираясь на ладони и колени. Фоток за его спиной зашевелился.

     - И не мечтай об этом. Но, может быть, ты расскажешь мне, в чем состоит этот великий План, чтобы я мог быть уверен, что не приму в нем участия.

     Гораст улыбнулась:

     - У меня есть идея получше, - сказала она, протягивая руку, чтобы коснуться доспехов Похату, и одновременно включая свою Маску Разрушения.

     Мгновенно Тоа почувствовал, что его элементарная сила нарастает внутри него. Затем, вопреки его воле, она вырвалась наружу, вытекая из него и создавая повсюду вокруг камни. За какие-то секунды он и Фоток оказались погребены под тонной камней, потом под двумя тоннами… потом тремя… им не было конца. Огромный вес повлек их вниз, в болото, внутри каменной оболочки – продукта необузданной силы Тоа, вышедшей из-под контроля.

     - Вы, Тоа, действительно замечательные существа, - сказала Гораст, наблюдая, как камень скрывается из виду, уходя под тину. – Не всякий способен создать свою собственную могилу.

+5

3

Глава 2

     - Знаешь, а мы не всегда были такими, - сказал Крика, и было в его голосе нечто, чего Гали никогда не предполагала услышать от Макуты: сожаление.

     Тоа Воды все еще чувствовала слабость и головокружение, вызванные нападением Крики. Она сочла за лучшее не отвечать. Одной из ее сильных сторон было умение всегда выслушать и постараться понять как своих друзей, так и врагов. Сейчас у нее был такой шанс с этим Макутой, и она не собиралась упускать его.

     - Знаю, - ответила она. – Болотная вода должно быть мутировала…

     Крика грустно покачал головой:

     - Я не о том говорю, как мы выглядим. Я говорю о том, что мы из себя представляем. Небольшой совет, Тоа – не думай только о «сегодня», иначе не будет никакого «завтра».

     Макута стал бесплотным и проплыл вверх, поднявшись над землей:

     - Было время, давно, когда нас возглавлял Макута Мизерикс, и тогда Братство чего-то стоило. О, ты не можешь его помнить – вы в это время спали – но он правильно понимал нашу истинную миссию. Под его руководством мы создавали зверей-Рахи, которых до сегодняшнего дня используют Матораны. А когда в Метру Нуи произошла гражданская война Маторанов, именно Мизерикс решил, что Макуты должны активнее включиться в жизнь мира за стенами наших лабораторий. – Он на мгновение замолчал, затем добавил:

     - Что и было началом конца.

     Конец истории Гали знала слишком хорошо. Братство восстало против Великого Духа Мата Нуи, погрузив его в бесконечный сон и ввергнув мир во времена мрака. Миссией Тоа Нува было ликвидировать последствия этого преступного акта и пробудить Мата Нуи снова.

     - Когда мы увидели мир по ту сторону наших башен, мы открыли, как Мата Нуи почитаем, уважаем и любим Маторанами, - сказал Крика. – Это были любовь и преданность, которых, мы чувствовали, заслуживали мы за тысячи вещей, которые сделали для улучшения их жизней. Зависть сменилась негодованием, а негодование перешло в ненависть. И когда Макута Теридакс предложил напасть на Мата Нуи и захватить власть, мы отвернулись от Мизерикса и пошли за ним.

     - А что случилось с Мизериксом? – спросила Гали. Она чувствовала, что ее сила возвращается. Если ей удастся продолжить разговор с Крикой, она скоро будет способна вырваться на свободу.

     - Теридакс хотел его убить, - ответил Крика. – Макуте Спириа и мне поручили эту работу, но Спириа не имел мужества убивать маска к маске. Я сказал ему, что могу взять это на себя… но вместо этого я отвез Мизерикса на вулканический остров на юге и заточил его там.

     - Так ты не подчинился приказу, - сказала Гали. – Не думала я, что у Макут хватает на это смелости.

     Крика пожал плечами, отчего по его бесплотной фигуре побежала странная рябь.

     - Может быть, у нас ее и нет, - сказал он спокойно. – Случись достаточно сильное извержение вулкана, и у Мизерикса не было бы никакой надежды на выживание. Я дал ему шанс, вот и всё.

     Гали не сказала ничего. Они вспоминала, как Таху и Копака были отправлены Орденом Мата Нуи остановить серию извержений вулканов, незадолго до того, как команда отправилась в Карда Нуи. Может быть, это и было то самое место, где был заточен Мизерикс? Не потому ли Орден хотел предотвратить извержение?

     - Как я даю его сейчас тебе, - сказал Крика. Он толкнул что-то по направлению к ней сквозь грязь. Гали подняла предмет и, использовав крошечную часть своей элементарной силы, смыла землю. Она увидела, что это кусочек камня, размером приблизительно с ее ладонь, с выгравированным на нем символом Братства Макуты.

     - Имея это, любой – даже ты – может беспрепятственно пройти через войска Братства, - продолжал Крика. – Возьми его. Я отведу тебя к выходу из этого места. Возвращайся в Метру Нуи, на Ксиа, куда угодно, только не оставайся здесь. Просто уходи, Гали, если твой мир что-то для тебя значит.

     Гали была удивлена настойчивостью в его голосе, но не убеждена его аргументами:

     - Если ты хочешь, чтобы меня здесь не было, почему просто не убьешь меня? У тебя же есть для этого сила.

     Крика улыбнулся. От этого выражения Гали бросило в дрожь.

     - У Макут есть легенда. В ней говорится, что когда один из нас умирает, всё, что мы принесли в мир, возвращается к нам обратно. Десятки тысяч лет я нес в этот мир страх, боль и смерть, Тоа. Может быть, я хочу добавить к этой смеси немного милосердия.

     Гали задумчиво рассматривала Макуту. Был ли это обман? Какая-то попытка ослабить ряды Тоа? Ничто из этого не имело смысла.

     - Зачем? – сказала она наконец. – Зачем тебе нужно, чтобы я ушла? Или ты просто хочешь, чтобы в Карда Нуи стало на одного Тоа Нува меньше?

     Крика тихо рассмеялся. Это был страшный глухой звук, почему-то прозвучавший для Гали хуже крика ярости:

     - Тебе бы следовало быть Макутой, Гали, ты слишком умна для простой Тоа. Тоа Нува здесь, чтобы разбудить Мата Нуи, а эта миссия требует всех шестерых вас. Говорю тебе, если вы сделаете это, ты и всё что ты знаешь, всё, что ты любишь, обречено на будущее более ужасное, чем ты можешь представить. Уходи отсюда сейчас же, и это будущее не сможет наступить.

     Таху мучительно напрягал свой мозг. Вампраха явно невозможно было чем-нибудь удивить, и он был намного искуснее в воздушном сражении, чем Тоа. Простые огненные заряды не останавливали Макуту, имевшего природную устойчивость к пламени. Было необходимо что-то намного большее.

     Нова бласт? Нет, он может нанести вред и моим друзьям тоже, - думал Таху. – Нужно что-то внезапное, неожиданное…

     Он взглянул вокруг, ища что-нибудь, что могло бы дать идею. Он нашел это в груде гниющей растительности на островке грязи к западу от себя. Она напомнила ему нечто, что он однажды видел в болотах Ле-Вахи на острове Мата Нуи. Турага Матау говорил что-то насчет того, что некоторые растения на острове не похожи на те, что росли в Метру Нуи. Они, по-видимому, не были сделаны из протодермиса и не разрушались так как он, когда погибали. В конце концов Таху понял, что они походили на эти мертвые растения Карда Нуи.

     В этом есть смысл, - подумал Тоа Огня. – Матау говорил, что некоторые растения может приносить с других островов. Эти растения могли попасть сюда с той водой, что затопила Карда Нуи, налившись снаружи. И он предупреждал меня, чтобы я не использовал мою силу около них, когда они начинают гнить, потому что…

     Таху улыбнулся. О, нет. Не мечтай об этом.

     Затем он повернулся и завис в воздухе, недалеко от гниющего растительного вещества. Вампрах не колебался и летел прямо на него, горя жаждой сражения. Таху подождал, пока Вампрах оказался прямо над островком, и метнул огненный шар. Но целился он не в Макуту – он целился в растения.

     Как только шар оказался вблизи от своей мишени, произошел сильный взрыв. Вампрах от толчка завертелся, и даже Таху зашатался в воздухе, прежде чем наконец вновь стал контролировать ситуацию. Когда он посмотрел назад, шокированный Вампрах врезался в дерево, и только это и спасло его от падения в болото.

     Плюс один болотному газу, - сказал себе Таху. – Одна искра, и буум! Похоже, Матау в конечном счете оказался прав.

     - Похату! Очнись! – повторял Фоток как безумный. Он и бесчувственный Тоа находились внутри крошечного воздушного кармана под тоннами камней. Атмосфера уже становилась разреженной.

     Вначале Ав-Маторан думал, что сможет использовать свою световую энергию, чтобы проделать им путь наружу. Но его первый выстрел не привел ни к чему, кроме дождя булыжников. Было очевидно, что они будут раздавлены до смерти задолго до того, как этот метод бегства мог бы сработать.

     Маторан тряс павшего Тоа, но это ни к чему не приводило. Тогда он выстрелил в него небольшим световым зарядом, затем побольше. Когда этот прием ни к чему не привел, он повысил силу заряда во много раз. Это помогло, и Похату пришел в себя так резко, что едва не придавил Фотока к камням наверху.

     - Что? Где? – воскликнул Похату.

     - Если ты – оу – не раздавишь меня, я, может быть, смогу тебе рассказать, - проворчал Фоток. – У нас проблема. Но немного скорости, какую мы использовали перед этим, и я держу пари, что мы сможет вылететь прямо отсюда…

     -… И в болотную воду, - прервал его Похату. – Онуа предостерегал меня против этой дряни. Может быть, мы и будем достаточно быстры, чтобы она не успела подействовать на нас, но зачем рисковать? У меня есть идея получше.

     Похату закрыл глаза и улегся совершенно неподвижно. Фоток собирался спросить его, что, во имя Мата Нуи, он делает, но передумал. Может быть, Тоа Камня концентрировался, и просто выглядел так, как будто собирался вздремнуть. Он решил несколько секунд подождать и посмотреть, не случится ли чего-нибудь.

     И что-то случилось. Вначале Фоток увидел, как камни наверху и внизу слились вместе в сплошную массу. Возникло ощущение движения, и Маторан на мгновение почувствовал легкое головокружение. Тогда он понял, что происходит: он, Похату и окружающие их камни поднимались. Тоа использовал свою власть над камнем, чтобы левитировать их из болота на поразительной скорости.

     - Хотел бы я сейчас иметь Маску Рентгеновского Зрения, - пробормотал Похату. – Я направил нас прямо на Гораст.

     Тоа ощутил небольшое уменьшение сопротивления их движению, которое подсказало ему, что они вышли из воды обратно на воздух. Убедившись, что Фоток крепко держится у него на спине, он использовал свою силу и разбил их каменную тюрьму, заставив ее широко раскрыться. Прежде чем две половины упали в болото, Тоа и Маторан уже стремительно поднимались вверх, обратно в битву.

     На полпути к Кодрексу в полете к ним присоединился Таху.

     - Ты не видел Гали? – спросил Тоа Камня.

     - Нет, - ответил Таху, моментально обеспокоенный тоном своего товарища. – Что случилось?

     Похату объяснил, что видел, как Крика утащил Тоа Воды. В прошлом, Таху отправил бы Похату в битву, а сам ушел искать Гали. Но время и опыт сделали его менее воином, и более лидером Тоа.

     - Ты быстрее, - сказал Таху. – Иди, найди ее и приведи к Кодрексу. Я помогу остальным, и мы там встретимся. И, Похату…

     - Не беспокойся, - сказал Тоа Камня. – Она и моя подруга тоже, не забывай.

     Кивнув, Таху бросился к Кодрексу. Похату и Фоток развернулись и направились в противоположном направлении, оба вопреки всему надеясь, что смогут найти Тоа Воды еще живой.

     Высоко наверху над болотами Игника, Тоа Жизни, стоял на страже над павшим Макутой Икараксом. Не так давно, Игника был просто Маской Силы. Используя свой контроль над жизнью, он соорудил себе тело из молекул в болоте, и пытался быть героем как Тоа.

     Это было нелегко. В первых битвах Игника был неловок, и в какой-то момент даже вступил в стычку с Тоа Нува. Но когда Икаракс бросил ему вызов, Игника убедительно победил могущественного Макуту. Теперь, мучаясь от боли и едва не теряя сознание, Макута смотрел вверх на Игнику с ненавистью в глазах.

     Икаракс был воином. Он сражался и побеждал в тысяче битв. Победа означала смерть противника, так что тот факт, что Игника еще не убил его, был, для Икаракса, признаком слабости.

     - Что ты медлишь? - с презрением усмехнулся он. – Или «Тоа Жизни» не имеет мужества нести смерть?

     Игника, в недоумении, не ответил. Он не знал кодекса Тоа, запрещавшего убийство, и оставлял Икаракса в живых не из какого-то чувства сострадания или милосердия. Он просто не рассматривал Икаракса как угрозу, и поэтому не считал его стоящим усилий, необходимых  для его уничтожения.

     - Вперед, - сказал Икаракс. – Но только я буду удивлен, если через несколько часов здесь еще останется кто-нибудь, не ушедший в небытие.

     Игника опять не отреагировал. Макута сел и пристально посмотрел на своего противника. Затем глаза Икаракса расширились и он начал смеяться.

     - Ты не знаешь! Великая Маска Жизни даже не знает, для чего она здесь! О, это действительно отличная шутка!

     Превозмогая боль, Икаракс поднялся на ноги. Игника приготовился к тому, что он снова нападет, но Икаракс не сделал этого. Вместо этого, Макута указал на Маску Жизни.

     - Посмотри на свою маску, Тоа. Каждый знает легенду о золотой Маске Жизни, но твоя маска не золотая – она серебряная с черным оттенком. Ты не знаешь, что это значит? Это значит – конец всему.

     Икаракс расхохотался снова, мрачным смехом, в котором звучали злоба и безумие.

     - Макута Теридакс рассказал нам всё о тебе. Великие создали тебя не только как лекарство против болезней Мата Нуи. Ты был их способом исправить любые ошибки, которые они могли сделать в создании этого мира. Если мир слишком сильно выходит из равновесия, начинается обратный отсчет. Твоя маска становится серебряной… потом черной… и когда она сделается такой же черной, как дух Макуты, вся жизнь в этом мире прекратит существование. Все «ошибки» будут стерты, и Великие, где бы они ни были, смогут начать сначала где-нибудь еще.

     Тоа Игника очень мало знал о том, как определять ложь и обман. Но даже если бы он это знал, он бы не нашел ничего такого в словах Икаракса. Макута говорил правду, и Игника каким-то образом знал это. А это означало, что Тоа Нува быстро двигались к часу светопреставления, и даже не знали об этом!

     Забыв об Икараксе, Тоа Игника вскочил на свой скейт и бросился вниз, по направлению к болоту. Тоа Нува надо было предупредить, пока еще не стало слишком поздно.

+2

4

Глава 3

    Прошло два часа с тех пор, как Таканува, Тоа Света, вывалился из дыры в пространстве и упал лицом в грязь. После того, через что он недавно прошел, даже такое грязное и унизительное прибытие казалось победой.
    Казалось, что он путешествовал между измерениями целую вечность. Его странствия начались в городе Метру Нуи благодаря поврежденной Великой Маске, которую носило существо по имени Брутака. Его миссией было отправиться в Карда Нуи и передать Тоа Нува жизненно важную информацию. Но дорога была бурной, и не единожды он оказывался в странных, иногда пугающих параллельных мирах. Таканува мог лишь надеяться, что на этот раз он наконец добрался до своей цели.
    Со времени своего прибытия он летел на восток в поисках каких-нибудь следов Тоа Нува. Он видел силуэты, проносящиеся в небесах и то, что могло быть битвами, но он находился слишком далеко, чтобы четко рассмотреть, кто это или что происходит.
    Но это скоро должно было измениться. Он заметил на островке грязи Гали Нува, которой угрожало нечто, похожее на огромное осанистое насекомое. Таканува помедлил на мгновение – он понял на своей шкуре во время недавних приключений, насколько опасно судить только по внешности – но тот факт, что Гали лежала на земле, а эта штука надвигалась на нее, был очевиден.
    Таканува метнул предупредительную вспышку света перед инсектоидом. Существо повернуло голову, чтобы посмотреть на Тоа, и Таканува навсегда запомнил выражение его лица. Там не было страха или ярости – скорее печаль, словно существо цвета кости наконец смирилось с судьбой.
    Тоа Света приготовился к нападению. Вместо этого насекомоподобное существо стало призрачным и исчезло в земле. Гали поднялась на ноги, когда Таканува подошел к ней. Оба заговорили одновременно.
    – Как ты сюда попал?..
    – Ты в порядке?..
    – Это долгая история, – сказал Таканува. – Где остальные? Я принес новости, которые вы должны услышать.
    Гали взглянула на то место, где исчез Крика.
    – Они в той стороне. На Карда Нуи напали Макуты, и… – она перевела взгляд на Такануву, широко распахнув глаза. – Что с тобой случилось? Твоя броня… твоя маска… и это мне только кажется, или ты и правда стал выше?
    – Не уверен насчет последнего, – мрачно сказал Таканува. – Что до остального – расскажу по пути.
    Он протянул руку и достал что-то из-за спины. Гали узнала в этом уменьшенную копию солнечных часов, которые Лива забрал с острова Мата Нуи.
    – Что ты собираешься с ними делать? – спросила она.
    Таканува поставил часы на землю, а затем осветил их лучом света из левой руки. Стрелка на часах отбросила тень, показавшую на восток. Таканува не мог этого знать, но она показывала точно на Кодрекс.
    – Хорошо, – тихо сказал он. – Значит, мне все еще туда.
    Гали посмотрела на него в полном недоумении
    – Мне сказали, что Лива Нува не очень давно унес их с острова Мата Нуи, – торопливо объяснил Тоа Света. – Их уменьшили и дали мне с собой в это путешествие. Когда я направляю на них свет, часы показывают на то место, откуда должен быть пробужден Великий Дух.
    Гали собиралась продолжить расспросы, но ее отвлекло появление Похату и Фотока, которые приземлились перед двумя Тоа. Похату некоторое время рассматривал Такануву, в конце концов выдав:
    – Хмм. Не могу сказать, что мне нравится смена цвета.
    – Кто бы говорил, – пробормотал Таканува. – Ты оранжевый!
    – Ага, – улыбнулся Похату. – Но мне-то он идет.

    Макута Мьютран был глубоко несчастен. Тоа Нува удалось уничтожить его первоначальную базу вместе с цистернами, в которых он создавал пиявок тени. Ему пришлось перенести свои операции на остров в болоте, используя все оборудование, которое хранилось вне улья. Ситуация была ни просто удобной, ни идеальной, особенно для «художника» вроде Мьютрана.
    – Невозможно! – рычал он. – Я не могу работать в этой грязной дыре! Я не могу творить в таких условиях!
    Его Маторан-помощник, Викан, держался поодаль, зная, что с Мьютраном лучше не разговаривать, когда тот в таком состоянии. С того самого дня, когда он превратился в теневого Маторана и был мутирован своим хозяином, жизнь Викана можно было сравнить с попыткой прокрасться на цыпочках через гнездо спящих гибельных гадюк. Он никогда не знал, из-за чего Мьютрану может прийти в голову закинуть его в бак и посмотреть, какие еще изменения можно в нем произвести.
    Но все равно Викан не мог не интересоваться сегодняшним проектом. Мьютран делал какого-то крылатого и насекомоподобного зверя Рахи, но не по заказу Антроза. А когда Мьютран занимался чем-то по собственному желанию, результат был непредсказуем.
    Собравшись с духом, Викан придвинулся чуточку ближе.
    – Ээ… великий Мьютран… что это такое?
    Мьютран повернулся, удивленный тем, что Викан посмел вмешаться, но горящий желанием похвастаться своей работой.
    – Это клакк. Я сделал несколько очень, очень давно – мерзкие штучки, но отличные охранники. Так как наша новая лаборатория более уязвима, чем улей, я решил, что он пригодится. Скоро он будет готов выбраться из чана.
    Викан оглядел создание. Не было похоже, что оно собиралось следовать расписанию Мьютрана. Оно билось о стенки чана, и в хрустале начинали появляться трещины. Мьютран заметил это и повозил копьем в баке, пытаясь отогнать Рахи, но ему удалось лишь разозлить клакка. Сильным ударом тот разнес чан и вырвался на свободу.
    Мьютран попытался поймать его, но клакк был слишком быстр. Он полетел прямо на Викана, испуская чудовищный крик. Звук был таким громким и пронзительным,  что казался физическим ударом. Викана сбило с ног, и на несколько мгновений мир поглотила темнота.
    Когда он очнулся, Мьютран поднимал его из грязи. Он чувствовал себя странно и нехорошо, но не собирался позволить своему хозяину увидеть какие-либо признаки слабости. Своему… хозяину? Почему-то это звучало абсолютно неправильно.
    – Он улетел, – сердито проворчал Мьютран. – Иди и принеси его назад!
    Викан мог видеть клакка, улетевшего от острова уже довольно далеко. Также он мог видеть кое-что еще. Там были три Тоа, одного из которых он не узнал, летевшие примерно в том же направлении. Это зрелище заставило Викана замешкаться.
    Есть тысяча других мест, где эти Тоа могут быть прямо сейчас, безопасных мест, далеко отсюда, – подумал он. – Но они приходят сюда и рискуют своими жизнями ради Маторанов, которых даже не знают. И что я делал? Все, что мог – нет, все, что мне велели – чтобы остановить их.
    Викан взлетел, двигаясь медленнее, чем обычно. Что-то происходило внутри него. Он никогда не сожалел о своих действиях – с того самого дня, когда теневая пиявка Мьютрана высосала из него свет. Вслед за ним ушли такие вещи, как совесть и сожаление, оставив за собой лишь тьму. Так почему же его сейчас начали заботить это место, эти Тоа и Матораны?
    Встревоженный, он улетел, а в голове его роились вопросы.

    Появление Таканувы стало неожиданностью и для остальных Тоа Нува, и для Макут. Когда его сила света вступила в битву, Тоа одержали победу пусть в лучшем случае и временную. Макуты отступили к Кодрексу.
    Таху не собирался попусту тратить это время. Он собрал все шесть ключ-камней, найденных Тоа, и соединил их. Как и говорили Матораны, резьба на камне описывала, как Тоа смогут разбудить Великого Духа Мата Нуи.
    Таху внимательно изучил их, затем заставил остальных сделать то же самое. Процесс был долгим и сложным, но не невозможным. Если они смогут удерживать Макут достаточно долго, то смогут разбудить Великого Духа и положить конец мечтам Братства о завоеваниях.
    – Мы должны попасть в Кодрекс, – сказал он. – У нас есть ключ-камень. Теперь мы должны лишь пройти мимо Макут. Как только мы это сделаем, то сможем начинать пробуждение.
    – Подождите. Вы… должны… ждать.
    Голос был грубым и хриплым, словно говорящий веками не использовал его. На самом деле Тоа Игника, который сейчас парил над Тоа, никогда не разговаривал вслух за все короткое время своего существования в этой форме.
    – Что такое? – спросил Онуа. – Что ты знаешь?
    Неуверенно и прерываясь, Игника пересказал Тоа то, что узнал от Икаракса.
    – Я не понял раньше, но… она изменила цвет, – сказал Копака. – Помните? Когда мы разговаривали с Аксонном на острове Войя Нуи, он описал ее как «золотую маску».
    – С каких это пор Макуты начали говорить обо всем правду?
    – Хочешь рискнуть всем на условии, что они могут врать? – ответил Копака.
    – Тогда мы будем двигаться быстро, – сказал Таху.
    Гали вновь перечитала ключ-камни:
    – Таху, мы понятия не имеем, сколько у нас времени до того, как этот… отсчет… закончится. Что, если мы не сможем завершить этот процесс вовремя?
    Теперь настала очередь Таканувы заговорить:
    – У нас есть и другая проблема. Если нам удастся разбудить Великого Духа, все в этом месте накроет энергетический шторм настолько большой, что уничтожит все в Карда Нуи. Если мы вовремя не уведем отсюда Маторанов и не выберемся сами…
    Не было необходимости заканчивать фразу.
    – Значит, если мы проиграем, то все быстро-умрут. И если мы победим, то все быстро-умрут, – сказал Лива Нува. – Ох уж эти Великие и их дурацкое чувство юмора.

+2

5

Глава 4

    – Нас восемь, их шестеро, – сказал Похату. – Мне нравится диспозиция.
    Тоа, Таканува и Тоа Игника собрались в полумиле от Кодрекса. Среди Макут, охранявших строение, отсутствовали только Икаракс и Мьютран. Остальные в нетерпении ждали неизбежного нападения Тоа.
    – Неожиданности не получится, – сказал Таху. – Мы бьем и надеемся, что кто-то попадет внутрь. Не вступайте в индивидуальные бои. И если один из нас падет, продолжайте двигаться. Не останавливайтесь. Это может быть нашей единственной попыткой.
    – Постой, – сказал Копака. – Они знают, что мы нападем, но не знают, когда – так что, возможно, нам следует объявить об этом. Предлагаю вот что...
    Когда Копака закончил, Тоа заняли позиции. Гали пришлось проводить Игнику на его место и напомнить, что и когда он должен делать. Когда он был Маской Жизни, Игника никогда не заботился о сложных планах боев. Этим занимались стражи, которых создавала маска.
    – Хорошо, – сказал Таху. – Давайте проверим их оборону.
    Лива, Гали и Таканува ударили первыми. Объединив свои силы, Тоа Воздуха и Воды вызвали бурю с оглушительными раскатами грома. В то же время Таканува с помощью своей силы света вызввал слепяще яркую вспышку.
    Пока Макуты не отошли от светошумовой атаки, Таху использовал свою силу, чтобы докрасна раскалить один из огромных сталактитов. Когда тот засветился красным, Похату обрушил его на собравшихся Макут. Пытавшихся увернуться от града камней схватили и стащили вниз руки из земли, созданные Онуа.
    Затем настала очередь Копаки. Он знал о сопротивляемости к холоду, которой обладали все Макуты. Но сейчас он объединил свой леденящий холод с Тоа Игникой, ослабившим жизненную силу Макут. Враг был замедлен, но еще не остановлен.
    – Пошли! – закричал Копака.
Все восемь Тоа рванулись вперед, защищенные Маской Щита Таху, метая элементарные силы во всех направлениях. Гораст с земли выстрелила зарядом молекулярного распада, уничтожив щит Тоа.
    – Разделяемся! – приказал Таху.
    Тоа немедленно разорвали строй, приближаясь к Кодрексу с разных направлений, расстреливая Макут стихийной энергией. Макуты отвечали разрядами молний, тепловым зрением и звуковыми атаками. Онуа пал первым, сбитый силовым криком Битила.
    Увидев, как с неба падает Тоа Земли, Гали метнулась к нему. Она сумела поймать его до того, как он упал в болото, затем попыталась набрать высоту, уворачиваясь от созданных Антрозом циклонов.
    – Спасайся! – закричал Онуа. – Таху приказал!
    – Прости, брат, – ответил Гали, улыбаясь, – Я не слышу тебя из-за ветра.
    Дорога впереди была испещрена расплавленным камнем, торнадо, молниями, Маторанами Света, сражающимися с Маторанами Тени, и Макутами, гоняющимися за Тоа. Гали уворачивалась от вихрей так же, как когда-то уворачивалась от водоворотов в бескрайнем море, не отрывая взгляда от Кодрекса.
    Впереди Гораст добралась до Тоа Игники и оставила на его броне глубокую зарубку. Игника развернулся в воздухе и оглядел ее так, словно она была каким-то интересным существом, которое он нашел под камнем. Затем он небрежно махнул рукой в ее направлении. В ответ на это расплавленный камень принял форму гиганта, чьи пылающие глаза не отрывались от Гораст. Хоть Макута и использовала свою разрушающую силу, чтобы разбить его на кусочки, гигант сумел вскользь задеть ее, отправив в полет.
    Разобравшись с основной угрозой, Игника взглянул на свою поврежденную броню. Потратив незначительную частичку своей силы, он восстановил доспех. Затем он перевел взгляд, полный почти детской ярости, на упавшую Гораст. Она попыталась навредить ему. Если она хотя бы пошевелится, он сделает с ней гораздо худшее.
    – Тоа-брат! – закричал Лива, схватив Игнику за руку.
    Игника повернулся, чтобы посмотреть на него. Была ли это еще одна атака? Нет, это был зелененький. Игника любил зеленый. Это был цвет растительности.
    – Что тебе надо? – запинаясь, спросил он.
    – Нам надо идти! – ответил Лива, таща Игнику за собой. – Сейчас же, пока они рассеяны!
    Таху воткнул ключ-камень на место, сбросив поле вокруг Кодрекса.
    – Пошли! – заорал он как можно громче.
    Остальные Тоа понеслись на его голос. В сферическом строении открылась дверь, и герои ворвались внутрь. Когда они оказались внутри, Таху вытащил ключ-камень и метнулся внутрь сам, пока поле восстанавливалось.
    – Закройте дверь! – закричал Тоа Огня.
    Но дверь уже закрылась сама. Через небольшое окно, образовавшееся в ней, они могли видеть Макут, кружащих вокруг Кодрекса, как голодные кавиники.
    – И что теперь? – спросил Таканува.
    – Ну, сначала мы... – начал Похату. Он остановился, когда понял, что должен задирать голову, чтобы посмотреть на Тоа Света. – Эй! Когда ты успел вырасти?
    – Удивительно, – сказал Копака, осматривая Такануву. – Похоже на ситуацию с Маторанами Света, которые выше всех остальных, известных нам. Наверное, причина в этом месте, его энергиях, влияющих на их уникальные организмы.
    В обычных обстоятельствах Онуа был бы в центре этого обсуждения, но что-то тревожило его. Он медленно обходил внутренности Кодрекса, осматривая все. Когда он вернулся к группе, то выглядел озадаченным и недоумевающим:
    – Я знаю это место... откуда я знаю это место?
    Теперь, когда он сказал это, остальные тоже ощутили – чувство, что они уже стояли в Кодрексе раньше, но никаких четких воспоминаний о том, когда это было или почему. Лива выглядел обеспокоенным больше всех:
    – Кажется, я помню, как здесь ругались, спорили, – сказал он. – А потом... пустота.
    – Возможно, это – ответ, – сказал Копака. Он показал на шесть пустых ниш, в которых, судя по форме, когда-то находились большие цилиндрические предметы. – Размером как раз для канистр Тоа, как думаете?
    – Ты имеешь в виду?.. – начала Гали.
    – Это то место, – сказал пораженный Похату. – Откуда мы пришли?
    Когда Тоа впервые появились на берегах острова Мата Нуи годом ранее, они вышли из транспортных средств, называвшихся канистрами Тоа. Их воспоминания были по большей части стерты. Они инстинктивно знали, что пробыли в канистрах очень долгое время, но не имели ни малейшего представления о том, где находились до того, как оказались на острове, который видят перед собой. Их прошлое было загадкой. Теперь часть этой загадки была решена.
    – Нам всем казалось, что мы видели Карда Нуи раньше, – сказал Копака. – Теперь мы знаем, почему. Когда-то в прошлом мы пришли сюда и вошли в Кодрекс. Потом мы забрались в канистры Тоа, чтобы ждать времени, когда мы понадобимся.
    Комната на некоторое время погрузилась в тишину. Наконец ее нарушил Таху.
    – У нас нет времени на воспоминания, – сказал он. – Когда все закончится, может, мы со всем разберемся. А сейчас нам надо делать работу.
    Внутри Кодрекс был заполнен сложными механизмами. Таху сомневался, что даже умелый изобретатель вроде Нупару смог бы в них разбораться. Но ключ-камни содержали четкие указания о том, что они должны здесь делать. Онуа подошел к группе машин, находящихся вдалеке слева, и пробежал рукой по панели. Та вспыхнула, и тут же Тоа Нува услышали гулкий рокот.
    На глазах изумленных Тоа секция пола, на которой когда-то стояли их канистры, начала опускаться. Открылся огромный нижний этаж, о наличии которого в Кодрексе герои даже подумать не могли. Медленно и бесшумно сегмент остановился далеко внизу. Как только это произошло, из тех мест, где находились канистры, выросли шесть больших светокамней, образовавших круг.
    Умеющие летать, Тоа спустились в проем, чтобы исследовать его. Они были так захвачены этим новым открытием, что никто не заметил, что у них есть компания – Антроз, скрытый своей силой хамелеона и идущий на звук голосов и движений Тоа. Он оставил Радиака снаружи, так как способность скрывать свое присутствие не распространялась на Маторана. Это делало его уязвимым, но сейчас его это не волновало. Он ощущал внизу невероятный источник силы, и он собирался найти его.
    Зал был похож на гигантское колесо – кольцо светокамней в центре, и три "спицы", ведущие от него. Тоа приземлились на этих спицах и разошлись в разных направлениях, исследуя их. Похату первым добрался до широкого конца своей спицы. Стоило его бронированной ноге коснуться определенной части пола, как загудели машины. В следующее мгновение перед глазами Похату появился металлический кокон, через щели в котором исходили свет и звук. Когда кокон исчез, на его месте оказался неописуемо большой летательный аппарат, казавшийся новеньким, собранным буквально вчера. Машина щетинилась оружием, а продвинутый двигатель и плавные очертания намекали на высокую скорость.
    Похату развернулся и увидел, что Лива и Копака сделали похожие открытия. Из двух других машин одна была зеленой, а другая – синей. Лива был особенно очарован находками. Таху больше интересовал круг светокамней, который упоминался в инструкции на ключ-камне.
    – Ладно, может, мы были здесь раньше, – сказал Лива с улыбкой. – Но их мы не видели. Такое я бы навечно-запомнил.
    Гали присела и прочитала надписи, вырезанные под машинами:
    – Аксалара Т9... Джетракс Т6... Рокох Т3. Эти названия мне ни о чем не говорят. А вам?
    – Зачем прятать их здесь такие вещи? – удивился Онуа. – Мы должны их как-то использовать?
    – Посмотрите на оружие, – восхитился Лива. – Они для сражений!
    – Вполне возможно, – согласился Похату. – Или, может, для того, чтобы убежать, если все станет совсем плохо.
    Копака резко рассмеялся:
    – Если "все станет совсем плохо", брат, бежать будет некуда.

    С огромным трудом Икаракс сумел спуститься в топи. Несомненно, Тоа Игника нашел Тоа Нува и предупредил их о неизбежном уничтожении всего. Ему стало интересно, как те на это отреагирвоали? Со страхом? С сомнением? Или с отчаянной решимостью продолжить битву? Он решил, что, скорее всего, верно последнее – Тоа были достаточно тупы именно для этого.
    Внизу он видел Вампраха, Чирокса, Гораст и Битила, окруживших Кодрекс. Со стороны все выглядело так, словно они прилагают все силы, чтобы пробить силовое поле, окружающее строение. Икаракс знал правду. Они хотели попасть внутрь, конечно, но не раньше, чем наступит нужное время. Благодаря великому Плану Макуты Теридакса, лидера Братства, гордые Макуты оказались низведены до счетчиков времени.
    Он удивился, увидев, что Крика парит недалеко от Кодрекса, но недостаточно близко, чтобы быть участником попытки ворваться. Икаракс никогда особенно не любил Крику, считая его еще одним Макутой, который больше думает, чем действует. но когда План был так близок к успеху, Икаракс не мог позволить себе роскошь выбирать союзников.
    – Они никогда не попадут внутрь вовремя, ты же знаешь, – сказал он, приближаясь к призрачной фигуре.
    – Вовремя для чего? – спросил Крика.
    – Чтобы не дать им разбудить Мата Нуи, конечно, – ответил Икаракс. – Тоа собираются испортить единственную часть Плана, которая вообще имела смысл, а мы стоим рядом и ничего не делаем.
    Крика раздраженно взглянул на своего компаньона. Все знали, что Икаракс хочет стать лидером Братства – а чтобы добиться этого, следовало доказать, что у него есть план лучше, чем у нынешнего лидера. К сожалению, планы Икаракса были столь же замысловатыми, как топор, приставленный к шее, и едва ли вполовину столь же интересными.
    – И чего ты ждешь от меня в связи с этим?
    – Я жду, что мы начнем действовать, – рявкнул Икаракс. – Ты знаешь, что произойдет, если Тоа разбудят Великого Духа. Тогда пути назад не будет. Мы должны нанести удар, пока его тело еще спит – мы должны уничтожить Кодрекс и Тоа в нем!
    Крике хотелось категорически отвергнуть это предложение, но он не мог заставить себя сделать это. Разве он не парил здесь, думая о том же? Тоа были внутри строения; теперь это был лишь вопрос времени. А когда Тоа выполнят свою судьбу – ну, пусть Великие помогут миру, получившемуся в результате их действий.
    – Хорошо, – сказал Крика. – Говори. Я слушаю.

    План Икаракса был смелым, дерзким, и, как обычно, неописуемо опасным для кого угодно, кроме его самого. Энергетическое поле вокруг Кодрекса следовало снять. Одновременная атака нескольких Макут сделала бы это, но такое вряд ли случилось бы – во всяком случае, раньше назначенного срока. И тут в дело вступил Крика.
    Поле было создано Великими для отражения известных сил. Но способности Крики были результатом мутации, который невозможно было предусмотреть. Спускаясь в своей призрачной форме к Кодрексу, он вспоминал то, что Икаракс сказал ему на прощание.
    – Я буду удивлен, если ты выживешь, – говорил Икаракс, тон его голоса подразумевал, что для него это будет не самым приятным сюрпризом. – Но если не выживешь, то хотя бы погибнешь, сражаясь. Разве можно желать большего?
    Крика спускался к Кодрексу так быстро, как только мог. Он видел, как Битил показывает на него. Если остальные Макуты догадаются, что он собирается делать, то они попытаются остановить его. Он не собирался позволить такому случиться. Икаракс был прав – это последний шанс предотвратить катастрофу.
    Собравшись, он уменьшил свою массу настолько, насколько мог. Настал решающий момент. Оттолкнет ли его поле, как и любую другую вещь? Или его форма окажется достаточно призрачной, чтобы пройти внутрь хотя бы частично?
    Кончик его передней ноги коснулся поля... и прошел сквозь него! Крика рванулся вперед, но с каждым мгновением, продвигаться вперед становилось все труднее. Поле приспосабливалось, чтобы заблокировать его. Казалось, что он плывет в густой грязи.
    Когда он был внутри уже наполовину, продвижение остановилось. Он знал, что всего мгновение отделает его от того, чтобы быть выброшенным из поля. Настало время действовать. Пожелав стать плотным, он материализовался в силовом щите. Боль была ужасающей, когда защитное поле угрожало разорвать его. Во все стороны летели искры, и единственным вопросом было: кто погибнет первым – Крика или поле?

    – Крика предал нас, – выплюнула Гораст. – Он знал, когда мы должны пробить поле. Он пытается помешать выполнению Плана!
    – Тогда останови его! – взъярился Битил.
    Гораст с Вампрахом позади нее уже были в воздухе.
    – Уже слишком поздно, – сказала она. – Но мы сможем отомстить.

    Внутри Кодрекса Тоа ощутили разряд энергии, когда поле начало распадаться.
    – Что-то разрушает его, – сказал Онуа. – Оно скоро исчезнет.
    – И они войдут, – добавил Похату.
    – Только если мы не выйдем первыми, – сказал Копака, кивнув на машины.
    Лива улыбнулся:
    – Мне нравится это. Мне нравится это.

    Разрыв и уничтожение поля были завершены. Неспособное оттолкнуть объект, застрявший в нем – Крику – энергия поля расходовалась впустую. Устройство в Кодрексе, создававшее силовой щит, не выдержало перегрузки. Со слепящей вспышкой и взрывом чистой силы поле исчезло.
    Как и Крика. Летел он долго, слишком оглушенный, чтобы стать бесплотным, и поэтому жестко приземлился. Он практически целиком зарылся в грязь. Когда он наконец стряхнул оцепенение и выполз на поверхность, то он ожидал увидеть Гораст или кого-то еще из Макут стоящим над ним, готового нанести удар. Но никого не было.
    Взгляд наверх прояснил причину. Гораст и Вампрах приближались к Икараксу. Впрочем, цель их еще не заметила – он был слишком занят, сокрушая Кодрекс.

0

6

Глава 5

     Впервые с тех пор, как он убил Ботара, этот телепортационный инструмент Тоа, Икаракс хорошо проводил время.

     Он смаковал вид рушащегося энергетического поля и только теперь позволил себе решить, как лучше уничтожить Кодрекс и Тоа внутри него. Когда это будет сделано, Мата Нуи уже невозможно будет пробудить, и великий План Макуты Теридакса умрет быстрой смертью. В конце концов, он решил остановиться на прямом подходе: усилить гравитацию и раздавить сооружение и тех, кто в нем находился, как фрукт маду.

     Металл Кодрекса уже начинал прогибаться с самым приятным звуком спрессовывания. Он мог представить панику Тоа внутри, как они, обезумев, используют свои силы в попытке отсрочить гибель. Это может даже помочь им на какое-то время, но в конце концов сила Макуты окажется слишком велика для них.

     И тогда, о, тогда Мата Нуи заснет навсегда. Макута Теридакс ничего не сможет сделать, его великий план будет разорван в клочья. А если Братство все еще хочет господствовать над миром, им придется делать это моим методом – громом и протосталью.

     Икаракс увеличил мощность воздействия. Ему не терпелось увидеть, как Кодрекс сплющивается, и вопрос о лидерстве Теридакса решается раз и навсегда. Он будет настоящим правителем, хорошим правителем – вот только кое-кому из Макут придется умереть страшной смертью за их преданность поверженному Теридаксу. Если выставить их маски Канохи на столбах вокруг крепости Дестрала, это послужит предостережением для любого, кто в будущем может оказаться недальновидным.

     Кстати, о дураках, - подумал Икаракс. Он заметил краем глаза приближающихся Вампраха и Гораст. Это, решил он, будет забавно.

     Хотя и не в панике, Тоа Нува и Таканува были, конечно, встревожены. Потолок и стены вокруг начали опускаться.

     Не нужно было ничего говорить. Они знали, что должны делать. Онуа, Похату и Копака создавали колонны земли, камня и льда, пытаясь подпереть потолок. Лива увеличивал давление воздуха по бокам комнаты, стараясь заставить стены принять прежнюю форму.

     - Это не помогает! – сказал Похату. – Нужно придумать что-то еще!

     - Мы должны взять машины и выйти отсюда, - сказал Копака Таху. – Это единственный способ. Может быть, мы сможем выиграть достаточно времени.

     Таху посмотрел в глаза Тоа Льда, с которым они в прошлый год так часто расходились во взглядах. Он увидел в них решимость и знал, что не сможет отговорить Копаку от его плана.

     - Я тоже пойду, - сказал Тоа Огня.

     - Нет, - сказал Копака. – Если это не сработает, тебе нужно будет придумать что-то еще. – Он повернулся к остальным Тоа:

     - Кто хочет пойти со мной?

     - Я не могу такое пропустить, - ответил Лива. – Если я откажусь от шанса полетать-прокатиться на одной из этих красавиц, Турага Матау никогда мне этого не простит.

     - Я пойду, - предложил Похату. – Здесь я бесполезен. Кроме того, это место вгоняет меня в дрожь.

     Лива уже залезал в кабину самого большого судна, красной Аксалары Т9.

     - Один вопрос. Как нам вывести отсюда эти штуки?

     - Ну, на этой кнопке написано «Пуск», - сказал Похату, садясь в Рокох Т3. Может быть, стены открываются, или что-нибудь еще.

    - Тогда лучше поехали, пока здесь еще есть стены, - сказал Копака.

     Прежде чем вопрос успели обсудить дальше, с верхнего уровня внезапно слетел Антроз. Следуя на звук голоса Копаки и энергетическое излучение от Джетракса Т6, рядом с которым стоял Тоа, Антроз устремился в кабину этой машины. Он приземлился на панель управления, и в то мгновение, когда он сделал это, сильные лучи вырвались из консоли и ударили в его маску. Внезапно он почувствовал себя единым с кораблем. Он видел то, что видели его сканеры, реагировал так же быстро, как могли это делать системы корабля.

     С возгласом триумфа он запустил Джетракс. Тот рванулся вперед, врезавшись в один из светокамней. Произошла яркая вспышка, через корабль потекла энергия и сделала его броню желтой и светящейся. Затем Джетракс пулей рванулся в отверстие, ведущее к верхним уровням, прямо в сплошной потолок. Но когда он уже готов был удариться об этот барьер, машина и ее пилот сменили фазу, по-видимому, став бесплотными. В следующее мгновение, Антроз и Джетракс Т6 невредимыми прошли сквозь потолок.

     Антроз оказался в странной системе металлических туннелей, которые вились и простирались на немыслимое расстояние. Его связь с кораблем делала управление легким, но он хотел бы знать, куда эти туннели его приведут. Эти размышления были прерваны открытием, что Лива и Похату преследуют его, Лива на Аксаларе Т9, а Тоа Камня на Рокохе Т3. Антроз рассмеялся – они могут догнать его, отлично, но им будет не очень-то весело, когда это произойдет.

     Позади них, в Кодрексе, не было времени поражаться тому, что только что произошло. Сила гравитации по-прежнему угрожала строению. Созданные Тоа колонны рушились. А они едва начали процесс пробуждения Мата Нуи. Но мысли Таканувы были где-то в другом месте.

     - Я должен отсюда уйти, - сказал он тихо.

     - Ты нам нужен здесь, - ответила Гали. – Если Макуты ворвутся внутрь…

     - Макуты должны заплатить за то, что они сделали! – внезапно разъярился Таканува. – Разрушили Та-Коро… убили Тоа Ликана, и кто знает, скольких еще других… испортили невинных Маторанов… их надо раздавить! И у меня есть сила это сделать – с моей световой энергией, я могу искромсать их доспехи и испепелить их энергии!

     Таху схватил Такануву и развернул его.

     - Послушай себя! – сказал Тоа Огня. – Полон бешенства, погряз в жестокости… ты говоришь как Макута.

     Таканува пожал плечами. Он знал, что Таху прав. С момента нападения теневой пиявки в Метру Нуи, ему приходилось бороться с темной стороной самого себя. Теперь было похоже на то, что он проигрывал.

     - Тем больше причин для меня уйти, - сказал он. – Что, если я потеряю контроль здесь, внутри, рядом со всеми вами? И это еще не все… я способен сложить два плюс два, Таху. Я знаю, что я должен был быть когда-то Матораном Света, задолго до того, как оказался в Метру Нуи. Я не знаю, что произошло, или как меня заставили это забыть, но, здесь, снаружи - это мой народ.

     Тaху кивнул. Он понимал, что мог бы сказать то же самое, если бы за стенами Кодрекса были Матораны Огня.

     - Если они будут снаружи, когда начнется этот энергетический шторм, они все умрут, - продолжал Таканува. – Я не позволю – я не могу позволить - этому произойти. Я должен найти способ вывести их из Карда Нуи.

     - Ты никогда не сделаешь этого, - сказала Гали. – Макуты уничтожат тебя, прежде чем ты сделаешь шесть шагов от Кодрекса.

     - О, нет, - сказал Таканува с мрачной улыбкой. Он протянул вперед руки, одна из которых потрескивала световой энергией, а другая теневой. Поверь мне – они никогда прежде не видели ничего подобного мне.

     Три машины вырвались из Кодрекса в Карда Нуи.

     - Берегись, Братство жуков и летучих мышей! – крикнул Лива, разрезая воздух в погоне за Антрозом. – Идет Лива, король неба.

     В глазах у Ливы заплясали огоньки. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что его маска снова изменила форму, и светлые точки, которые он видел, представляли сражающихся Макут. Его Канохи теперь обладала возможностью сканера, и это было плохой новостью для врагов.

     Лива заметил Битила, движущегося на перехват. Тоа Воздуха потянул красный рычаг на консоли кабины. Боковые панели корабля опустились вниз, открыв два Скайбластера Мидак. Лива повернул направо и спикировал резко вниз, обстреливая Макуту световыми сферами. Битил немедленно призвал из прошлого свои копии, чтобы подавить Тоа численным превосходством.

     - Ага, я слышал, что за ловкий-фокус ты выполняешь, - крикнул Лива толпе Битилов внизу. – Делает, видишь ли, дубли самого себя. Давай, меня это не беспокоит-заботит – ты просто даешь мне больше мишеней!

     Как оказалось, Лива смеялся рановато. Половина Битилов применила магнитные силы, которые пригвоздили Аксалару к месту, а остальные использовали лазерное зрение и начали рассекать броню корабля. Воздушной силы Ливы хватило, чтобы сдуть нескольких Макут, но остальные держались крепко и прессинговали.

     Похату видел, что происходит. Направив свое судно в битву, он протаранил Рокохом толпу одинаковых Макут, разбросав их, как каменный оползень гальку.

     Антроз притормозил Джетракс, чтобы посмотреть, как дела у его преследователей. Он был так поглощен битвой, что до последнего момента не замечал вскарабкавшегося на борт машины Радиака.

     - Чего тебе надо? – прорычал Антроз.

     - Помочь, - ответил Радиак. – Помочь вам поскорее уничтожить Тоа Нува и увидеть успех великого Плана.

     Антроз нахмурился. Процесс порчи этого Маторана работал хорошо, но временами их бессмысленное повторение избитых фраз Братства становилось утомительным.

     - А почему ты решил, что я нуждаюсь в твоей помощи?

     Радиак выглядел смущенным:

     - Но… но твое зрение… я думал… ты говорил, что мы пойдем в битву вместе…

     - Мне больше не нужно, чтобы ты был моими глазами, - сказал Антроз, сбрасывая его с корабля. – Ты сейчас просто лишний груз.

     Копака, только что появившийся из Кодрекса, заметил падающего Радиака. Он знал от Онуа, что происходит с каждым, попавшим в болотную воду, как они мутируют и искажаются мраком. Так что он без колебаний бросился ловить Теневого Маторана.

     Со стороны Кодрекса внезапно вспыхнул свет. Затем к Копаке вылетел Таканува, по ходу уклоняясь от теневых выстрелов. Матораны Фоток, Солек и Танма летели прямо за ним.

     - Я позабочусь о Маторане, - сказал Таканува. – А ты иди за своим кораблем.

     - Позаботишься обо мне? – мрачно расхохотался Радиак. – Да ты не можешь даже о себе позаботиться! Тоа Света, ха! По мне, так ты больше похож на Тоа Сумерек.

     - Заткнись, Радиак, - сказал Танма. – Это не ты говоришь – это теневая пиявка с тобой сделала.

     - А мне это нравится, - сказал Радиак, мерзко ухмыляясь.

     - Хватит, - сказал Таканува. – Это мое дело, Копака. Иди, и делай свое.

     Внутри Кодрекса, Гали, Онуа и Таху напряженно трудились, а Тоа Игника наблюдал за ними с недоумением. То, чего они пытались добиться, не было само по себе так уж трудно. Согласно тому, что было написано на ключ-камнях, для пробуждения Мата Нуи присутствующие Тоа должны были посылать в светокамни многократные импульсы энергии. Каждый следующий импульс должен был быть сильнее предыдущего, действуя на системы Великого Духа как встряска. В случае удачи, от этой шоковой терапии он должен был проснуться.

     Тем не менее, проблемы были. Для начала, ничего нигде не говорилось о том, что произойдет с находящимися в центре всего этого Тоа. Кроме того, чтобы посылать один импульс за другим, требовалось время, а времени им было дано мало.

     - Должен быть более быстрый способ, - сказал Таху.

     Онуа кивнул:

     - Должен добавить кое-что еще. Игника сказал, что когда его маска станет из серебряной черной, мы все обречены. При такой скорости, с какой она изменяется, мы не сможем успеть вовремя.

     Гали взглянула на Таху. Его глаза сузились, и в них был блеск, который она слишком хорошо знала. Это обычно означало, что он собирается предложить что-нибудь невероятно опасное и совершенно безумное.

     И он ее не разочаровал.

     - Тогда нам нужно сделать это всем одновременно – один очень сильный разряд.

     - Это может его пробудить, - согласился Онуа. Затем он тихо добавил: - Или убить.

     Гали снова посмотрела на светокамни:

     - Невозможно, - сказала она. Мы взорвем здесь все, и Кодрекс, и может быть весь Карда Нуи.

     - Если мы приложим силу через светокамни, то да, - сказал Таху. – Но что, если у нас есть другой источник? Что-то такое невероятное, что сможет напитать эту систему всей необходимой нам энергией за один раз?

     - Верно, - сказал Онуа. – Но где ты собираешься найти что-то похожее… на… - голос Онуа пресекся. Он повернулся и посмотрел на Тоа Игнику. Таху и Гали уже сделали то же самое.

     - Подойди сюда, брат, - сказал Таху Игнике. – Нам надо поговорить.

+3

7

Глава 6

    Таканува летел, крепко держа вырывающегося Радиака. Он не имел никакого представления о том, как он собирается вывести Маторанов из Карда Нуи, не говоря уже о том, как заставить Маторанов тени сделать то же самое. Но не так уж давно он сам был одним из них – всего лишь жителем деревни, делающим (ну, иногда) свою работу и пытающимся выжить в опасном мире. Когда Тоа прибыли на остров Мата Нуи, он вместе с остальными жителями смотрел на них как на героев. Теперь настало время ему быть героем для этих Маторанов.
    Он так глубоко задумался, что не заметил Викана, пока Фоток не закричал. Таканува, предупреждая, выстрелил в летящую фигуру светом, за которым последовала тень. Викан остановился и завис в воздухе.
    – Ты ведь... ты ведь Тоа? – спросил Маторан. Он говорил, словно очнувшись ото сна. – Да, ты должен быть им. Пожалуйста, вы должны выслушать меня! Что-то случилось!
    Таканува помедлил. Викан явно не был похож на Маторана Света или какого-то другого – из-за крыльев и когтей.
    – Кто ты? Что тебе нужно?
    – Меня зовут Викан, – сказала парящая фигура. – Я был... я есть... Ле-Маторан. Я работал на Макуту Мьютрана... он делал Рахи, который напал на меня... и теперь... я не чувствую себя самим собой. Точнее, чувствую, но старым собой, не новым.
    – Помедленней, – прервал его Таканува, – Ты несешь чепуху.
    – Он только этим и занимается, – проворчал Радиак.
    – Ненавижу соглашаться с Радиаком, – сказал Солек. – Но я бы не верил ему. Он один из них.
    – Нет! Мьютран использовал на мне пиявку тени до того, как мы пришли сюда, – объяснил Викан, говоря так быстро, что слова сливались друг с другом. – Они изменила меня, то, как я чувствовал, как я смотрел на мир. Всем, что меня заботило, были тьма и разрушение... вещи, которые я помогал Мьютрану делать... Мата Нуи, прости меня.
    На мгновение Викан замолчал от нахлынувших эмоций. Когда он справился с чувствами, то продолжил:
    – После нападения Рахи я внезапно понял, как глубоко пал во тьму. Я увидел, чем я стал, и мне стало плохо. Но я больше не то извращенное существо – нет! Вы должны поверить мне.
    Радиак хихикнул:
    – Неплохо. Надо будет запомнить этот трюк, когда от меня отстанет этот Сумеречник.
    – Это не трюк! – настаивал Викан.
    – Мы уже такое видели, – сказал Танма. – Матораны Тени, вернувшиеся, чтобы сыграть на наших чувствах, пытаясь воспользоваться нашим доверием и поймать нас. Я знаю, что надо делать с такими, как он. Дай мне...
    Таканува резким жестом прервал Танму. Он вспоминал, как в Метру Нуи на него напала теневая пиявка, оставив его наполовину светлым, наполовину темным. Если то, что говорил этот Викан, было правдой, то мог быть способ исправить то, что сделала пиявка – не только для него самого, но и для теневых Маторанов.
    – Где сейчас этот Рахи? – спросил Таканува.
    – Только не говори, что веришь ему, – буркнул Фоток.
    – Отвечай на вопрос, – повторил Таканува.
    – Он полетел на восток, затем поднялся наверх, в облака, – ответил Викан. – Я гнался за ним.
    – Хорошо, – сказал Тоа. – Теперь мы гонимся за ним.

    Икаракс не мог не смеяться. Остановить его отправили всего лишь двух Макут, один из которых слеп и, чтобы видеть, полагается на Маторана? Если бы ему не было так весело, он бы обиделся.
    Вампрах, конечно, не представлял проблемы. Икаракс метнул в Макуту заряд теневой энергии, целясь левее. Когда Вампрах свернул направо, чтобы уклониться, он угодил прямо под луч лазерного зрения. Тот попал в цель – не в Вампраха, но в Гавлу. Та свалилась со спины Макуты.
    Икаракс улыбнулся при виде реакции Вампраха. Похожий на летучую мышь Макута ослеп несколько дней назад. Он был способен видеть только благодаря телепатической связи с Гавлой, появлявшйся всякий раз, когда они входили в физический контакт. Теперь же, когда Гавла падала навстречу своей гибели, Вампрах был абсолютно слеп.
    – Великий охотник, – сказал Икаракс с усмешкой. – Ужас Маторанов. И кто ты теперь? Всего лишь добыча.
    Вампрах выстрелил зарядом звука в направлении голоса Икаракса. Энергия оттолкнула его назад, но ничего более.
    – Так у мыши есть клыки, да? – сказал Икаракс. – Когда я буду управлять Братством, придется позаботиться об их удалении.
    – Ты никогда не будешь главным! – отрубила разгневанная Гораст. Она спасла Гавлу и высадила Маторанку тени на берегу болота. Теперь она была готова разобраться с Икараксом.
    – Остановись и подумай, – сказал Икаракс. – Я предлагаю гораздо больше возможностей сражаться, чем когда-либо давал наш нынешний лидер. Присоединяйся ко мне!
    – Никогда! – закричала Гораст, ударив крыльями-лезвиями.
    Ее удар разрубил часть нагрудника Икаракса. Она метнула на него взгляд, полный злобной радости. Она знала, что теперь энергия, из которой состоят Макуты, может в любой момент начать вытекать из дыры, и битва будет выиграна.
    К ее потрясению, ничего не произошло. Икаракс коснулся разреза в своей броне и горько усмехнулся:
    – Я что, забыл тебе сказать? Я встретился с Тоа Игникой. Пытаясь победить, он превратил меня из чистой энергии обратно в истинное биомеханическое существо, из мускулов и тканей, соединенных с броней. Так что меня нельзя победить, просто проделав дыру в моем доспехе и позволив моему веществу испариться.
    Многолезвийный меч Икаракса начал вращаться все быстрее и быстрее, и Макута сказал:
    – Жаль только, Гораст, что то же самое нельзя сказать о тебе.

    Разделяй и властвуй, думал Похату, вписываясь на Рокохе в крутой поворот.
    Силы Макут разделились. Гораст и Вампрах отправились за Икараксом, Крика исчез, Мьютрана тоже нигде не было видно, и, как только он увидел Такануву, Антроз отправил за ним Чирокса и Битила. В итоге Антроз остался один против Ливы, Похату и Копаки.
    Не то чтобы это очень волновало Макуту. Полностью контролируя Джетракс Т6,  он облетал сбоку, сверху или насквозь все препятствия, которые созадвали на его пути Лива и Похату, и с легкостью обогнал Копаку. Нанося удары и отступая, он уже серьезно повредил Рокох.
    Теперь у Антроза на хвосте висел Лива в Аксаларе Т9. Тоа Воздуха ударял корабль Антроза сильными порывами ветра, пытаясь заставить его врезаться в чащу каменных колонн, созданных Похату. Чуть раньше Антроз с помощью своей магнитной силы послал Аксалару в пике, и только стремительные действия Ливы не дали ему свалиться в топь.
    Антроз заметил Рокох и выстрелил. Скайбластеры Джетракса попали точно в цель, заставив Рокох войти в штопор. Похату пытался выровнять корабль, но он летел прямо в одну из созданных Тоа колонн. Он быстро использовал свою элементарную силу, чтобы разбить камень до того, как в него врезался корабль.
    Лива вильнул влево, пытаясь зайти Антрозу сбоку. Аксалара была более мощным кораблем, но Джетракс был быстрее. Ему требовалось как-то зажать Антроза.
    Далеко позади Копака занимался тем же самым. Но каждую ледяную стену, которую он создавал, разносил огонь орудий Джетракса или разбивала сама машина. Каменные дожди не причиняли Антрозу никакого вреда, просто отскакивая от бронированного корпуса Джетракса.
    Похату вновь вернулся в строй, и он был зол. Точно рассчитав время, он заставил каменную руку вырасти из болота и схватить Джетракс. Пока Антроз не вырвался, Похату дернул за рычаг и втянул крылья Рокоха, уйдя в пике. Стреляя во время полета, он прошил борт Джетракса зарядами энергии.
    Антроз вырвался из руки и взлетел, стреляя в Рокох. Когда Похату уклонился, Антроз использовал силу гравитации, чтобы отправить корабль Тоа в топь.
    Лива приблизился, разбив сосредоточенность Макуты огнем из скайбластеров Аксалары. Освободившись от тяги усиленной гравитации, Похату удалось выровнять корабль прямо над поверхностью воды.
    Затем настала очередь Копаки. С помощью своей силы он мгновенно понизил температуру вокруг Джетракса на сотни градусов, замедлив работу двигателей машины и заставив ее сбросить скорость. Лива и Похату приблизились с обеих сторон, готовые уничтожить поврежденный корабль.
    Один Копака находился достаточно близко, чтобы увидеть, что произошло потом. Стоило двум машинам Тоа приблизиться на небольшое расстояние, как Антроз исчез из кабины, телепортировавшись.
    Мгновенно отреагировав, Копака возвел ледяные барьеры перед Аксаларой и Рокохом, закричав:
    – Стойте!
    Ни один транспорт не успел повернуть вовремя, и они врезались в лед.  Но барьеры замедлили их на время, достаточное, чтобы Копака успел забраться в кабину Джетракса.
    – Отлично, – сказал Тоа Льда. – Раз уж это последняя битва, давайте сделаем ее запоминающейся.

    Сердечная вспышка Таху бешено мерцала. Его дыхание с хрипом вырывалось из груди. Прижатый к стене Тоа Игникой, он знал, что сейчас погибнет от передозировки силы Жизни.
    Тоа Огня пытался объяснить свой план. Используя Маску Жизни, Тоа попытаются за раз сделать то, что иначе заняло бы часы. Сила маски, выпущенная одним сильным разрядом, резко приведет Мата Нуи в чувство. Таху не был уверен, что это сработает потому то у маски могло не получиться послать энергию в светокамни. Но единственным способ выяснить это для Игники было уничтожить свое тело и прекратить попытки стать настоящим живым существом и вновь стать просто маской.
    Тоа Игнике это не понравилось.
    Онуа и Гали подбежали и попытались оттащить Игнику от Таху.
    – Отпусти! – закричал Онуа. – Ты убиваешь его!
    У Таху не было выбора. Воспользовавшись своей властью над жаром и пламенем, он за секунду поднял температуру своей брони на тысячу градусов. Закричав от боли, Игника отпустил его. Таху закачался, пытаясь восстановить дыхание.
    – Вот... вот почему трудно быть живым, – сказал Тоа Огня. – Ты можешь чувствовать боль. Ты можешь умереть. Точно так же, как умрут все в этой вселенной, если мы не разбудим Мата Нуи и не восстановим равновесие во вселенной. Нам нужно, чтобы ты это сделал.
    Игника отбросил Гали и Онуа с такой силой, что те ударились о стены. Он вновь начал надвигаться на Таху. Приготовившись к атаке, вокруг ладоней Таху замерцало пламя.
    Гали поднялась на ноги и встала между ними:
    – Игника, остановись и подумай! Подумай! Почему ты захотел стать Тоа? Почему ты захотел стать похожим на нас? Должна быть причина!
    Тоа Игника резко остановился и нахмурился. Порывшись в памяти, он произнес имя:
    – Маторо...
    Гали взглянула на Онуа, который кивнул.
    – Верно, Игника, Маторо, – сказала она. – Мы знаем, что он погиб как герой. Он пожертвовал всем, чтобы вселенная могла жить. И если он заставил тебя тоже стать героем, можешь ли ты сделать меньше, чем он? Если бы на твоем месте был Маторо, как ты считаешь, каким был бы его ответ?
    Наступила долгая тишина. Все Тоа ждали, внимательно глядя на лицо Игники, выискивая знаки того, каким будет его ответ. В это мгновение решалась судьба целой вселенной и всех, живущих в ней.
    – Он бы сказал...  – начал Игника. – Он бы сказал "да".
    Тоа Игника выпрямился и посмотрел на Таху. Показав на маску, которую он носил, Игника сказал:
    – Я сделаю то, что должно быть сделано. Тогда я буду как Маторо. Я буду героем.

+1

8

Глава 7

     Нетерпение Мьютрана росло. Он послал Викана за клакком уже очень давно, и не вернулся ни он, ни сбежавший Рахи. Оправдания этому не было. Может быть, пришло время добавить Викану несколько дополнительных крыльев, или одно-другое щупальце, чтобы научить его сосредотачиваться на работе.

     Его недовольные размышления прервал материализовавшийся перед ним Антроз. Чтобы достигнуть этой части болота, Макуте в красных доспехах пришлось совершить несколько коротких телепортаций, и было видно, что он устал.

     - Пора, – сказал Антроз. – Мы должны приготовиться.

     Мьютран сворачивал и разворачивал свои маленькие крылья – верный знак того, что он беспокоится. Он понизил голос до шепота и сказал:

     - Это действительно мудро, позволить им разбудить Великого Духа? Что, если первое что он сделает – это вспомнит, кто погрузил его в сон?

     Антроз метнул на Мьютрана свирепый взгляд:

     - Ты знаешь План. Ты согласился с ним, и пользовался его выгодами, и ты будешь его выполнять. Наши приказы ясны: удерживать Тоа Нува до назначенного часа; позволить им пробудить Мата Нуи; а затем уничтожить их как угрозу. Только они могут оживить Великого Духи, так что они должны оставаться живыми, чтобы это сделать – но нам нет необходимости терпеть их присутствие ни секунды после этого.

     - Ладно, - сказал Мьютран. – Что ты хочешь, чтобы я делал?

     - Найди Радиака или другого теневого Маторана, чтобы я мог восстановить свое зрение. Потом помоги Гораст против Икаракса. Если он убьет Тоа Нува прежде чем они выполнят свою миссию, План погиб.

     Мьютран кивнул и поднялся в воздух, выполнять свои новые инструкции. Но зная, что Антроз не может его видеть, он летел не слишком быстро. Он не видел причины очертя голову лететь под клинки Икаракса.

     Гораст не помешала бы помощь. Стратегия Икаракса была столь же простой, сколь смертоносной: разрубить ее доспехи, а затем, когда ее энергия вытечет наружу, испепелить ее с помощью лазерного зрения. Эффективность этого метода заставляла ее держаться от Икаракса на расстоянии, и Вампраху приходилось сражаться одному.

     Но теперь у нее появился свой собственный план. В битве Икараксу не было равных, но его любовь к сражениям была также и его слабостью. Гораст хорошо это знала, поскольку сама разделяла с ним эту слабость. Однако, для того чтобы ее схема сработала, ей требовалось отвлечь его внимание.

     Именно тогда она и заметила вдалеке на западе Мьютрана. Он посылал теневого Маторана на какое-то неизвестное задание, и когда это было сделано, поглядел в том направлении, где сражались Вампрах и Икаракс. Судя по его виду, он горел желанием присоединиться к этой битве приблизительно так же, как Маторан Камня стремится присоединиться к групповому заплыву.

     Очень жаль, но у этого идиота нет выбора, - сказала себе Гораст, устремляясь в его сторону. Прежде чем Мьютран успел запротестовать, она уже тащила его к месту схватки.

     - Мне нужно, чтобы ты послал свои мысли в разум Икаракса, - прошипела она. – Любые мысли. Крики. Бормотание. Что угодно, но чтобы он не мог услышать, что я отправлю Вампраху.

     Мьютран кивнул. Это казалось сравнительно безопасным – во всяком случае, безопаснее, чем говорить «нет» разъяренной Гораст.

     - Тогда делай это сейчас же.

     Мьютран телепатически послал Икараксу волну сплошного шума. Как только он это сделал, Гораст отправила свое собственное ментальное сообщение Вампраху. Убедившись, что он его получил, она бросилась в атаку.

     Гавла уже успела снова забраться на спину Вампраха, так что Макута вновь мог видеть. Он бросался вперед и уворачивался, уклоняясь от мечей Икаракса и парируя его удары лазерным зрением и молниями. Это дало Гораст шанс неожиданно подлететь к Икараксу сзади и нанести сокрушительный удар двумя из четырех своих рук.

     Когда Икаракс повернулся, чтобы оказаться лицом к лицу с новым противником, Гораст со смехом отступила назад.

     - Не стоит беспокоиться, Икаракс, - сказала она. – Мьютран принес послание снизу. Тоа Нува вот-вот пробудят Мата Нуи. План восторжествует!

     Она знала, как отреагирует Икаракс. Все его надежды когда-нибудь возглавить Братство Макуты зависели от того, докажет ли он, что у него есть лучший план, чем тот которому они следовали – а это значило, что текущий план должен провалиться. Он не мог позволить Тоа Нува исполнить свою судьбу.

     Вампрах и Гораст преграждали ему путь в Кодрекс. Но он был Макутой, со всеми силами, которые из этого следовали. Ему невозможно было помешать сразиться с Тоа Нува, он страстно желал этой битвы, и знал, что должен с ними сразиться, если хотел, чтобы его мечты о завоевании когда-нибудь стали правдой.

     - Я разберусь с вами позже, - прорычал он, а его тело уже замерцало, когда он начал телепортироваться.

     - Пора! - завопила Гораст, обхватывая Икаракса и включая свою способность выводить его силу из-под контроля.

     Вампрах выстрелил энергетическим зарядом. В тот момент, когда действие телепортации трансформировало тело Икаракса в рассеянные атомы, атака Вампраха разорвала эти атомы. Комбинация этих двух сил плюс атака Гораст были разрушительны. Искрящиеся молекулы тела Икаракса разлетелись в миллионах различных направлений. Крик Икаракса в долю секунды перешел из оглушительного вопля в призрачное эхо.

     Мьютран изумленно таращился на пустое пространство, которое только что занимал Икаракс.

     - Что сейчас произошло? – спросил он. – И что его разбросало – то есть, как мы можем повторить это снова?

     - Когда ты телепортируешься, твои атомы разделяются, а потом собираются вместе там, куда ты направляешься, - объяснила Гораст. – Когда мы увеличили его силу, а затем вывели ее из под контроля в критический момент, они в мгновение разлетелись по всей известной вселенной.

     - Так Икаракс никогда не закончит свою телепортацию?

     - О, он ее закончит, - улыбнулась Гораст. – Часть его закончит ее в Карда Нуи… другая часть на Дестрале… а часть в Метру Нуи… часть на южных островах… а остальные части в тысяче других мест. Дарю идею.

     Мьютран вернул ей улыбку. Икаракс всегда хотел присутствовать повсюду, во всей вселенной. Но метод, которым он достиг этого, был, возможно, не совсем таким, как он предполагал.

     Таканува и три Маторана Света, тянущие за собой Радиака, поднимались в небо по  направлению к Маторанской деревне. До сих пор, поиски Рахи, который, как утверждал Викан, назывался «клакком», были тщетными. Единственное, с чем все согласились, было то, что «клакк» - действительно странное название.

     Первым заметил его Радиак. Если бы он ничего не сказал и не сделал, остальные вполне могли пропустить его. Но вместо этого он выстрелил в направлении клакка теневым зарядом, и промахнулся. Но даже промаха было достаточно, чтобы разозлить летающего Рахи, который повернул назад и закричал на теневого Маторана.

     Таканува схватил Радиака, чтобы не дать ему снова напасть на Рахи. Но оказалось, что этого не нужно. Радиак заморгал, потряс головой и опустил руки. Теперь, когда он попытался высвободиться из захвата Таканувы, Тоа Света позволил ему это сделать. Фоток и Танма немедленно запротестовали, но Таканува заставил их замолчать.

     Радиак не делал попыток убежать. Вместо этого, он посмотрел вокруг, на трех Маторанов света, так, как будто они были давно потерянными друзьями – которыми они, собственно, и были:

     - С вами… все в порядке? Я не… никого не ранил… нет?

     - О, пожалуйста, не волнуйтесь,- сказал Танма, возмущенный, что кто-то хочет одурачить их столь очевидным образом.

     - Танма, подожди секунду, - сказал Солек. – Радиак, ты помнишь, что с тобой случилось?

     Радиак кивнул, потупив глаза:

     - Я сражался с вами… Я пытался вас убить.

     - Радиак, - сказал Фоток. – Если ты действительно снова на нашей стороне – что замышляют Макуты?

     - Я один раз случайно услышал, как об этом говорил Антроз. Он сказал, что Макуты хотят, чтобы Тоа разбудили Мата Нуи, но не говорил, почему. Потом, когда Великий Дух был бы разбужен, они… мы… убили бы Тоа и испортили оставшихся Маторанов Света.

     Таканува размышлял. Трансформация Радиака выглядела невероятной, но для нее было объяснение. Может быть, теневые пиявки не только высасывали из своих жертв свет, но также создавали какой-то барьер, предотвращающий последующее возвращение света. Звуковые тона атаки клакка как-то разбивали этот барьер. С возвращением света в существо, испорченность Макутами постепенно исчезала.

     Но если Радиак говорил правду – какая польза могла быть для Макут в пробуждении Мата Нуи? Во-первых, если они хотели, чтобы он проснулся, почему погрузили его в сон 1000 лет назад? И если его пробуждение являлось частью их плана, что это значило? Должны ли Тоа Нува отказаться от выполнения своей судьбы?

     - Найдите остальных теневых Маторанов, - сказал он своим четырем спутникам. – Приведите их сюда. Мы задержим здесь этого Рахи, невредимым и сердитым, и вылечим всех остальных. А потом мы уведем отсюда всех Маторанов.

     - Что? - сказал Танма. – Ты хочешь сказать, что мы оставим все здесь Макутам? Ни за что! Это наш дом, и мы будем за него сражаться.

     - Послушай меня! – сказал Таканува, хватая Танму за плечи и сопротивляясь желанию встряхнуть Маторана, чтобы привести его в чувство. Ярость в его голосе так потрясла всех, что наступила тишина. – Никто не собирается ни за что сражаться. Если Мата Нуи проснется, все это место – весь Карда Нуи – будет охвачен сильнейшим энергетическим штормом, который только можно представить. Здесь ничто не выживет. И вот поэтому-то я и вывожу всех Маторанов отсюда, даже если мне придется тащить вас!

     Так погружены в спор были Таканува и Матораны, что никто из них не заметил призрачную форму Макуты Крики, парящего неподалеку. При новости о том, что, как только Мата Нуи проснется, весь Карда Нуи будет поглощен смертоносным штормом, на лице Крики появилась мрачная усмешка.

     В самом деле, очень изящно, - думал он. – Макута Теридакс послал своих первых помощников в Карда Нуи, чтобы быть уверенным, что все идет согласно Плану. Но он не позаботился сообщить нам, что наш «успех» здесь всех нас прикончит. Одним движением, он удовлетворяет свои амбиции и убирает потенциальных конкурентов.

     Крика принял решение. Несмотря на риск – ведь он вступил в союз с Икараксом против Плана – он должен рассказать то, что узнал, остальным Макутам. Теридакс предал их всех, и его надо было остановить.

     Крика полетел вниз, к топям, отчаянно пытаясь придумать способ убедить своих товарищей Макут, что их величайшим врагом был их лидер.

     Двое из этих Макут были намного ближе, чем думал Крика. Чирокс и Битил следовали за Таканувой и Маторанами. Теперь, когда четверо Маторанов-спутников Тоа улетели, настал момент напасть.

     Чирокс ударил первым, используя силу своей маски, чтобы сделать для Таканувы невозможным услышать их приближение или позвать на помощь. Затем настал черед Битила, использовавшего свою маску и призвавшего полдюжины своих прошлых версий. Против восьми Макут Таканува не имел никаких шансов.

     Атака началась с града теневых зарядов, осыпавшего Такануву со спины. При обычных обстоятельствах этого было бы достаточно, чтобы убить его. Но поскольку он был частично испорчен теневой пиявкой, высосавшей какое-то количество его световой силы, его устойчивость к тени возросла. Он повернулся лицом к нападающим.

     С момента утраты части своего света, Такануве приходилось бороться против наполняющих его темных импульсов. Он быстрее раздражался, и должен был противиться сильнейшему желанию яростно набрасываться на любое возникающее на пути препятствие. И вид орды Макут, летящих прямо на него, лишил его остатков самоконтроля. С беззвучным криком, он выпустил в них поток световых зарядов.

     Макуты бросились врассыпную, но продолжили наступление. Трое дублей Битила попытались зайти сзади. Таканува ответил лазерными лучами, которые разрезали их протостальное оружие на куски. Затем он развернулся и пальнул ярким светом прямо в Киропа, Маторана, сидящего на спине Чирокса и служившего Макуте глазами. Внезапная вспышка временно ослепила Теневого Маторана, и потерявший в результате зрение Чирокс утратил концентрацию. Таканува снова смог слышать и говорить.

     - Ну, идите сюда, - прорычал Тоа Света. – Идите! Это будет не какой-нибудь там матч по колхи, принятый за битву – любой Макута, кто приблизится ко мне, умрет!

     Чирокс рассмеялся:

     - Тогда ты нарушишь свой кодекс, Тора. Ты разве не знаешь, что ваш вид никогда не убивает?

     Ответом Таканувы был световой заряд, который пробил небольшую дыру в доспехах Чирокса. Немедленно зелено-черная энергия, составлявшая сущность Макуты, начала вытекать через щель.

     - А я не мой «вид», теперь уже нет - ваши теневые пиявки об этом позаботились, - произнес Таканува. – Я полу-Тоа Света, полу-Тоа Тени. Это ведь то, чего вы хотели, не так ли? Тоа, которого поглотила тень, Тоа, не стесненный такими вещами как милосердие или мораль. Ну, а теперь вы можете подавиться этим.

     Таканува рванулся вперед, стреляя на ходу световыми и теневыми зарядами. Если бы он был в здравом уме, он должен был бы понять, что нападать на толпу Макут было самоубийством. Но все, что он чувствовал, был гнев, и все, что он знал, было то, что эти существа были его врагами, и его враги должны быть уничтожены.

     У Макут была другая идея. Один из Битилов сумел залететь сверху и сзади Таканувы, и поднял свой клинок для смертельного удара. Но заряд света, пришедший с неожиданной стороны, выбил оружие из его рук.

     - Ты выглядишь так, как будто собирался сразиться врукопашную, братец, - крикнул Копака, пилотирующий Джетракс 6. Струйки световой энергии еще вились из скайбластеров корабля.

     Таканува не отреагировал. Он сражался как безумный, прокладывая себе путь сквозь ряды Макут, слишком пораженных, чтобы реагировать. В его атаке не было какой-то стратегии или плана - одна только грубая сила и вырвавшаяся на волю ярость. Копака вспомнил, что Тоа Онуа говорил о силе маски Битила. Нацелившись на одного отставшего от битвы Битила, Копака выстрелил в него из скайбластера. Испуганный Битил утратил контроль над силой своей маски, и его дубли исчезли.

     И снова Таканува не обратил внимания. Он бомбардировал Чирокса световыми зарядами, слишком частыми, чтобы Макута мог остановить истечение энергии из его доспехов. Потом Тоа Света сорвал Киропа со спины Чирокса и швырнул Маторана в болото!

     Копака видел достаточно. Он направил Джетракс вниз и поймал Киропа, а затем помчался обратно к Такануве. Сковав Киропа ледяными цепями и заставив машину зависнуть в воздухе, Копака выпрыгнул из нее и схватил Такануву.

     - Тоа! Прекрати это сейчас же! – закричал он. – Вспомни, кто ты есть!

     - Я знаю, кто я есть! – свирепо ответил Таканува. – Я то, чем они меня сделали.

     - Тогда ты позволяешь им выигрывать, брат, - сказал Копака, заставляя свой голос звучать спокойно. – Ты признаешь, что ты не лучше, чем они.

     Медленно, неохотно, Таканува заставил свои яростные эмоции ослабеть. Видя благоприятную возможность, Битил выпустил серию молний, поразивших обоих Тоа. К тому времени как они пришли в себя и огляделись вокруг, Битил и Чирокс исчезли.

     - Это же бессмысленно, - сказал Копака. – Он победил нас, и мог делать все, что хотел. Пусть даже Чирокс был ранен - зачем улетать?

     - Потому что, - ответил Таканува. – Они знают, что судьба Тоа Нува – пробудить Мата Нуи – но они не знают, кто из вас необходим для этого. Убьешь не того, кого надо - и весь их План пропал как погашенный свет.

     - Их План зависит от нас? – спросил Копака с недоверием.

     - Это долгая история, - сказал Таканува. – И я лучше расскажу ее тебе – поскольку что бы ни должно было произойти, произойдет это скоро.

+2

9

Глава 9

    Таху, Игника и Гали стояли в Кодрексе одни. Онуа недавно ушел, чтобы присоединиться к сражению. Теперь они стояли, готовые совершить то, ради чего были созданы.
    – Вот оно, – сказал Тоа Огня. – Все наши битвы, все приключения, все опасности и смерти... все ради этого момента.
    – Трудно поверить, – согласилась Гали. – Знаешь, очень часто были случаи, когда я тебя ненавидела – когда казалось, что ты упрямишься только из принципа. Но теперь я понимаю, что ты просто пытался сделать как лучше. Вести эту группу не могло быть легко.
    Таху Нува отвернулся от той, кто, возможно, была его ближайшим другом в команде. Долгое время он ничего не говорил. Затем он повернулся обратно к Гали:
    – Делай то, что мы должны. Если произойдет худшее, может быть, как-нибудь, ты будешь здесь в безопасности. Возможно, Кодрекс защитит тебя от шторма.
    – Что? Почему? – спросила Гали.
    – Потому что теперь я помню, сестра... помню все, что произошло, – сказал Таху печально. – При виде этого места воспоминания вернулись. Мы были здесь раньше.
    – Знаю, – сказала Гали. – Мы все увидели что-то знакомое в Карда Нуи, когда попали сюда в первый раз. Это не объясняет...
    – Нет, я имею в виду, что мы были в Кодрексе раньше, – ответил он. – Похату и Копака были правы – наши канистры Тоа находились здесь были запущены отсюда. Я отвел вас в это здание сто тысяч лет назад, зная, что мы можем больше никогда отсюда не выйти.
    Как можно быстрее и проще он рассказал ей историю. Как во время тренировок команды он узнал, в чем заключается их истинная миссия и чего она требует; как он знал про энергетический шторм, который возникнет в Карда Нуи, и как намеренно задержал Тоа, чтобы они оказались в Кодрексе в ловушке; как он поставил их перед выбором – забраться и канистры и спать в ожидании времени, когда они понадобятся, или же погибнуть в шторме. Он умолчал лишь об одном – что в то время Копака тоже знал обо всем этом. Но Тоа Льда больше этого не помнил, и Таху не видел причины портить мнение Гали о Копаке, упомянув об этом.
    Когда он договорил, Гали сделала то, чего он никак не ожидал – она улыбнулась.
    – Неудивительно, что ты не хотел говорить об этом, когда Похату нашел пустые держатели канистр. Таху, не могу сказать, что довольна тем, как ты сделал это – но я понимаю, почему ты это сделал. Тебе пришлось принять трудное решение, но, если бы ты его не принял, нас могло бы здесь и не быть. Здесь могло бы не оказаться никого, чтобы разбудить Мата Нуи.
    – Спасибо, – сказал Таху. – Мне следовало знать, что кто-то поймет... – его голос прервался – Но мне надо идти. Я должен быть снаружи, участвовать в этой битве, вести мою команду.
    – Да, только Великие смогли бы удержать тебя от драки, – сказала Гали, взяв его за руку. – Но послушай меня. Мы выберемся отсюда. Мы победим сегодня, а потом будем вспоминать этот день и поражаться тому, как сумели выжить, – она рассмеялась. – В конце концов, как можем мы проиграть, когда у нас есть Лива Нува – пилот истребителя?
    Таху не ответил. Казалось, что мыслями он где-то далеко. Когда он вновь обратил свое внимание на Гали, он улыбался:
    – Точно! Машины, вроде той, которой управляет Лива – вот как мы сможем выбраться отсюда вовремя.
    – Я не понимаю.
    – Вспомни, какие они быстрые, как они прошли сквозь потолок после запуска? Если они способны на такое, то они смогут увезти нас из Карда Нуи за секунды, которые потребуются шторму, чтобы набрать полную силу.
    Таху кивнул на Тоа Игнику, потом посмотрел на Гали:
    – Дайте мне три минуты, а потом начинайте. Мы попадем домой, Гали, все мы. Обещаю.
    Прежде чем она смогла ответить, он уже вылетел из Кодрекса. Гали начала считать секунды, оставшиеся до того мгновения, когда судьба Тоа Нува наконец свершится.

    Было нетрудно заставить Маторанов Тени погнаться за Маторанами Света. Охотиться за своими бывшими друзьями ведь, в конце концов, было вещью, которой теневые Матораны любили заниматься.
    Хотя, конечно, наткнуться на злого клакка в их планы не входило. Чувствуя угрозу, Рахи нападал на всех, кто приближался к нему, и его крик разбивал барьер, не дающий свету вернуться в испорченных Маторанов. Один за другим они выбывали из боя, когда власть Макут над ними рассеивалась. Наконец во власти тьмы остался только один Маторан. Это была Гавла, первая ставшая жертвой теневой пиявки, когда Макуты вторглись в Карда Нуи.
    – Сможешь вывести Маторанов отсюда? – спросил Танму Таканува.
    – Думаю, да, – ответил Танма. – Викан говорит, что в западной стене есть портал наружу – он проходил сквозь него, чтобы найти Икаракса. Конечно, на другой стороне находится база Макут, но если мы будем двигаться достаточно быстро...
    – Хорошо, – сказал Тоа Света. – Я иду за Гавлой. Когда выберетесь, направляйтесь на север, к Метру Нуи. Там есть Тоа, так что место должно быть надежно защищено.
    После того, как он в меру своих сил проинструктировал Танму насчет того, как найти город-остров, Таканува попрощался. Он направился обратно в болото, разыскивая последнюю еще не спасенную Маторанку. Он нашел ее бродящей по берегу островка грязи, недалеко от места, где стояли Вампрах и Чирокс. Таканува полетел быстрее, чем когда-либо, и схватил ее, унеся в небо.
    Как он и ожидал, всю дорогу Гавла отбивалась. Таканува игнорировал ее крики и угрозы, зная, что в итоге она будет счастлива освободиться от заразы тени. Заметив клакка, Таканува выстрелил зарядом тени, чтобы привлечь внимание зверя.
    Клакк ответил так же, как и обычно – громким криком, на этот раз направленным и на Такануву, и на Гавлу. Тоа Света немедленно почувствовал, как что-то в нем изменилось, когда свет вернулся, чтобы заполнить пустоту, которую в его душе занимала тьма. Он был уверен, что потребуется время, чтобы его броня сменила цвет с белого и серого на белый и золотой – но он хотя бы знал, что вред, причиненный теневой пиявкой, исчез.
    Реакция Гавлы была несколько иной. Она выла от ярости даже после того, как атака клакка обратила то, что с ней сделала пиявка. Когда Таканува подлетел, чтобы посмотреть, в чем проблема, она ударила его зарядом света.
    – Кто просил меня спасать? – бушевала она. – Ты не понимаешь? Макуты приняли меня – для них я была полезна – а это больше, чем когда-либо делали другие Матораны! Я наконец нашла свое место, а ты отнял его у меня.
    – Но... но ты была злой, – сказал Таканува. – Ты угрожала тем, кто был твоими друзьями долгие годы.
    – Друзьями? – горько сказала Гавла. – Они никогда не были моими друзьями. Но тебе этого не понять – ты же Тоа. Любой Тоа – твой брат или твоя сестра. Все вы торопитесь, думая, что все, что вы делаете – правильно. Так вот, иногда это не так.
    Таканува видел, что спорить бесполезно. Он не был уверен, как реагировать на ее слова – со злостью или с грустью.
    – Танма собирает Маторанов в старой деревне, чтобы вывести вас всех из Карда Нуи, пока еще есть время. Тебе лучше пойти, если хочешь присоединиться к ним.
    Гавла долго смотрела на него глазами, полными уныния и покорности.
    – Полагаю, мне придется, – сказала она, пролетелв мимо Таканувы. – Ведь из-за тебя мне больше некуда идти.

    Внизу битва бушевала еще яростней, чем прежде. Гораст, Битил и Мьютран, которым по мере сил помогали Антроз, Чирокс и Вампрах, обменивались с Тоа Нува выстрелами и ударами. Сопротивление Макут не уменьшалось, пока они пытались оттеснить Тоа обратно к Кодрексу. Стратегия Гораст была проста: загнать Тоа в небольшое пространство, чтобы их было легко уничтожить, когда Мата Нуи проснется.
    Таху и Гораст сошлись в бою, Тоа с помощью вращающихся лезвий пытался удерживать ее на расстоянии. Он знал от Похату, что произойдет, если она коснется его – потеря контроля над его элементарной силой. Если это случится, когда он находится рядом со своими союзниками, он может сжечь их всех.
    – Грядут последние мгновения, – сказала Гораст. – Скоро будет уже слишком поздно повлиять на ход событий. План свершится, и мир, который вы знаете, станет историей.
    – Я уже слышал такое от Макут, – бросил в ответ Таху. – И тогда они тоже ошибались. Где, кстати, лидер Братства? Слишком труслив, чтобы сразиться с нами?
    Гораст зашипела, когда огненный заряд опалил ее броню:
    – Не волнуйся, Тоа – вы скоро услышите о нем в словах, подобным грому.
    Таху парировал удар Гораст, но открылся перед звуковой атакой, от которой треснула его адаптирующаяся броня.
    – Дура, никто ничего не услышит, если мы отсюда не выберемся! Когда Мата Нуи проснется, энергетический шторм убьет всех, кто остался здесь.
    – Он говорит правду! – это был Крика, летевший к ним. – Я слышал, как говорили Тоа наверху. Макута Теридакс запланировал, чтобы мы погибли!
    Крика делал в своей жизни всякие штуки, большинство из которых были злыми, а некоторые – граничащими с сумасшествием. Но если он думал, что Гораст хотя бы послушает его, то это было истинным безумием. Она повернулась к нему, забыв Таху, и, пылая ненавистью, атаковала. Прежде чем Крика смог остановить ее, она схватила его за руку и включила свою Маску Разрушения.
    – Гораст, нет! Ты не понимаешь? Вы все обречены! – закричал Крика, чувствуя, как его силы выходят из-под контроля.
    – Я понимаю только, что ты предатель, – ответила она. – И для предателей возможно только одно наказание!
    И Крика закричал, когда его способность уменьшать свою массу до бесплотности вышла из-под его власти. Более не способный контролировать свою силу, он становился все более призрачным, когда его атомы становились все менее и менее плотными. Наконец, с отчаянным мучительным криком, он окончательно пропал из вида.
    – Исчез, – сказала удовлетворенная Гораст. – Отныне меньше, чем призрак, а вскоре даже этого не останется.
    Таху выстрелил из своего бластера, создав оковы, прижавшие руки Гораст к телу. Пока она не успела вырваться, он увеличил температуру вокруг нее, пока ее броня не начала размягчаться.
    – Мне следовало бы позволить тебе расплавиться, – сказал Таху. – Сколько твоя энергия сможет здесь протянуть без возможности занять тело? Крика пытался спасти твою жалкую жизнь, а ты отплатила ему смертью.
    – Таху! – закричал Копака. – Мы должны вернуться в Кодрекс. Макуты хотят, чтобы мы разбудили Мата Нуи – во всяком случае, так говорит Кироп. Может ли все это быть какой-то уловкой?
    Гораст начала смеяться. Она начала с тихого хихиканья, которое превратилось в безумные раскаты хохота, заставившие Таху похолодеть.
    – Уже поздно, слишком поздно! – закричала она. – Разве вы не чувствуете? Это началось – Великий Дух просыпается!
    Это было правдой. Воздух Карда Нуи начал потрескивать от энергии. Куда бы Таху ни посмотрел, свет начинал усиливаться, рассеивая тени Макут. Вдалеке он видел Маторанов Света, торопящихся на запад и, хотелось бы верить, в безопасность.
    – Она сошла с ума, – сказал Таху. – Все они. Макуты мешали нам на каждом шагу, и теперь я должен поверить, что все это время они хотели, чтобы мы победили? Хорошо же они это показывают!
    – Что, если мы что-то упустили из виду? – спросил Копака.
    – Оглядись вокруг, – сказал Таху. – Ты знаешь, что сейчас произойдет. Побеспокоимся насчет "что, если?" потом.
    Копака взглянул на все еще хохочущую Гораст, которая, очевидно, либо была охвачена предчувствием победы, либо полным безумием:
    – Будем надеяться, что это "потом" еще наступит.

    Медленно и величественно Тоа Игника поднялся в воздух, после чего опустился в центр кольца светокамней. Мгновение ничего не происходило. Затем энергия метнулась от маски к шести кристаллам. Тоа Игника пошатнулся, когда его тело начало сверкать, искры летели во все стороны. За несколько секунд тело распалось на случайный набор молекул, которым являлось до того, когда было создано Маской Жизни. И когда оно исчезло, в воздухе осталась парить только маска, окруженная нимбом сильнейшей энергии.
    Разряд энергии метнулся. к Гали. Но он не причинил боль – вместо этого он нес чистые эмоции. Вначале она почувствовала чудовищную пустоту. Затем появилось ощущение великого разума, возвращающегося в реальность, тянущегося почувствовать и опробовать все, что есть во вселенной. Она ощутила радость, чувство победы, даже желание отомстить врагам сущности, и что-то еще... что-то смутное и далекое, что-то, что она не могла распознать. Возможно, это сознание было столь могущественным, столь чужеродным, что оно было за пределами его понимания. Она надеялась, что так и есть.
    Затем произошло еще кое-что необычное. Сама маска начала стремительно вибрировать. Сила теперь не только текла из Канохи Игники в светокамни, но и что-то текло обратно в маску! Испугавшись, что высвобожденные энергии могут уничтожить маску, Гали потянулась к ней, чтобы вытащить. Стоило Тоа прикоснуться к Маске Жизни, как ее впечатало в стену взрывом силы.
    Когда она пришла в себя несколькими минутами позже, над ней стоял Онуа:
    – Гали, нам надо идти. Возможно уже слишком поздно!
    – Но маска... – начала она.
    Онуа взглянул на Игнику, которая вибрировала так быстро, что превратилась в размытое пятно.
    – Нет времени. Жизнь здесь скоро погибнет, и если мы не уберемся отсюда, то тоже погибнем.

    Шторм, как большинство штормов, набирал силу постепенно. Вначале свечение под топью стало нестерпимо ярким. Потом крохотный вихрь энергии возник прямо над темной водой. Он быстро становился все больше и больше, разряды энергии отлетали от него во все стороны. Теперь он распространялся по болоту и поднимался к небу.
    Хоть Тоа Нува и ожидали этого, первыми шторм заметили Макуты. Не способные видеть, Антроз, Чирокс и Вампрах могли только чувствовать силу, собирающуюся в воздухе. Гораст освободилась от оков Тоа и приветствовала шторм, словно он был символом окончательной победы. Битил не был в этом столь уверен, и, если бы Гораст не смотрела, уже улетал бы из Карда Нуи.
    Мьютран был больше всех заинтересован новым событием. Если бы поблизости был Викан, он бы послал Маторана в око бури ради эксперимента. Так как тот ушел вместе с другими Маторанами, Мьютран заставил себя проверить шторм самостоятельно. Конечно, тот выглядел опасным, но это была чистая сила – если бы он смог коснуться ее, влить ее в свои творения, кто знает, каких потрясающих Рахи он смог бы создать?
    Неуверенно он подлетел к самому краю шторма. Да, тот был таким, каким он его себе представлял. Энергия пожирала все на своем пути: воду, сталактиты, зверей Рахи... все. Но должен был быть способ использовать ее. Он же был, в конце концов, Макутой, и какому-то водовороту силы его не одолеть.
    Затем он увидел его – ответ!
    – Это безумно просто, - закричал он. – Я могу контролировать этот шторм! Все, что я должен сделать, это...
    Алый разряд энергии вырвался из сердца шторма. Вспышка уничтожила протостальную броню Мьютрана и испарила энергетическое существо внутри. В микросекунду исчез стотысячелетний Макута, не оставив после себя даже облачка пыли.
    Теперь даже Гораст осознала, что что-то очень не так. Шторм стремительно набирал размеры и мощь.
    – Нет, – прошептала она. – Это невозможно...
    – Что такое? – спросил Антроз. – Что происходит?
    – Нам надо уходить, – сказал Битил. – Будь мы прокляты, нас, идиотов, предали!
    – Крика был прав. Крика был прав, – непрерывно шептала Гораст.
    – Выведи нас отсюда, – приказал Битилу Антроз. Но Макута покачал головой.
    – Вы с Вампрахом и Чироксом будете только тормозить меня, – ответил Битил, уже поднявшись с земли. – Ищите путь домой сами.
    Антроз проклинал улетающего Битила, пока Чирокс разыскивал Гораст. Но жензина-Макута не пыталась бежать. Она просто стояла на берегу топи, неотрывно глядя на шторм – было ли это из-за его идеальной разрушительной красоты, или из-за элегантности предательства, которое он символизировал, даже она сама не могла сказать. Возможно, это было всего лишь осознание того, что ее лидер, Макута Теридакс, послал ее и остальных сюда, зная, что, если их миссия завершится успехом, то возникнет этот шторм и прикончит их всех... возможно, ее свело с ума именно осознание правды.
    Битил пытался телепортироваться, чтобы убежать от надвигающегося шторма, но тот был уже слишком близко. Волны энергии мешали его силе, и он никуда не мог отправиться. Он летел на пределе своих сил, но не мог обогнать вихрь. А, как однажды заметил Похату Нува, единственной способностью, которой Макуты не обладали, была сверхскорость.

    Тоа Нува и Таканува забрались на три машины. Их единственной надеждой уцелеть было то, что летательные аппараты как-то смогут обогнать шторм, означавший поднятие Мата Нуи.
    – Вперед! – закричал Таху, и три машины понеслись к западной стене. Карда Нуи и пожирающий его шторм слились в пятно, пока они летели – трое в кабинах, остальные держащиеся за корпусы изо всех сил. Похату заметил что-то, что, как он решил, было Маской Жизни, летящей по воздуху... но потом она исчезла, а ему осталось лишь гадать, была ли она там вообще. Но точно он был уверен в том, что видит Макут, бегущих от шторма и обреченных проиграть эту гонку.
    – Таху, Макуты! – закричал Похату. – Им не удастся! Не должны ли мы?..
    Тоа Огня задумался на секунду. Убивать врага или позволить ему погибнуть, если это можно было предотвратить, шло вразрез с кодексом Тоа. Но в глубине души он знал, что возможности спасти Макут уже нет, и пытаться им помочь значило потерять всю команду.
    – Они зажгли этот ад, – ответил он. – Пусть горят в нем.
    Машины теперь летели невероятно быстро, и все еще набирали скорость. Они направлялись к порталу в западной стене, через который скрылись Матораны Света. Но стоило кораблям приблизиться к нему, как их ударила волна энергии. Неожиданно Тоа полетели прямо на твердую стену.
    – Держитесь! – закричал Лива.
    Аксалара, Джетракс и Рокох замерцали и вместе с Тоа сменили фазу ровно настолько, чтобы беспрепятственно пройти сквозь стену. В следующее мгновение Тоа летели сквозь тьму, надеясь найти свет.
    Позади них шторм достиг пика своей силы. Макуты, деревни Маторанов, топь и сталактиты исчезли, сожженные овободившейся энергией. И Тоа Нува наконец исполнили свою судьбу – после тысячи лет сна, Великий Дух Мата Нуи проснулся.

+2

10

Эпилог

    Таху Нува стоял в центре великого Колизея Метру Нуи, слушая радостный гомон более чем тысячи Маторанов, среди которых были Танма и Матораны Света. Рядом с ним стояла его команда, а неподалеку находились Таканува и выжившие члены Тоа Мари. Все они не могли не чувствовать гордость в этот момент – даже Копака улыбался.
    После стольких усилий, стольких выигранных и проигранных сражений, миссия наконец завершилась. Они едва не провалились, но все-таки одержали победу. Великий Дух проснулся, сердце вселенной было избавлено от Макут, и равновесие вернулось во вселенную. Хотя никто из них не видел Маску Жизни со времени побега, все были уверены, что ее обратный отсчет остановился.
    – Вот о чем я болтал-говорил, – сказал Лива. – Вот что значит быть Тоа-героем!
    – Я просто рада, что все мы выжили, – сказала Гали, бросив взгляд на Мари. Почему-то их команда казалась такой неполной без Тоа Маторо, отдавшего свою жизнь, чтобы спасти вселенную.
    – Я никогда не сомневался, – заявил, улыбаясь, Лива. – Стоило нам попасть туда и увидеть тех темных-крылатых неудачников, я сразу понял, что это будет так же легко, как приручить птицу Гукко.
    – О, правда? – сказал Копака. – Странно, ты не казался таким уверенным, когда пытался найти у Аксалары тормоз.
    – Да, во сколько сталактитов ты врезался? Три? Четыре? – засмеялся Похату.
    – Тихо, – сказала Гали. – Турага Дума будет говорить.
    Мудрый Турага стоял в своей ложе высоко наверху и смотрел на собравшуюся толпу Тоа и Маторанов. На мгновение его захлестнули эмоции, и он не смог заговорить. Затем он наконец обрел голос.
    – Друзья мои, сегодня мы собрались здесь ради великого события, – начал он. – Но мы должны сделать большее, чем просто чтить героев, стоящих перед нами. Мы должны воспользоваться этим временем, чтобы вспомнить всех, кто отдал свою жизнь, чтобы привести нас сюда.
    Тоа Маторо, Тоа Ликан и сотни других Тоа, чьи имена мы можем никогда не узнать, сражались и погибали, чтобы не дать Братству Макуты одержать победу. Без их стараний сегодня здесь не стоял бы никто. Без их света землей бы правила тень.
    Наступила долгая тишина, прежде чем Дума заговорил вновь:
    – Больше тысячи лет назад Макуты сразили Великого Духа, погрузив его в беспробудный сон, лишив нас его защиты и покровительства. За это преступление они понесли высшее наказание. Теперь мы наконец навечно свободны от них.
    При этих словах вновь раздались радостные крики, сотрясшие весь Колизей до основания. Дума не стал останавливать толпу. Он знал, что это выплеск счастья, которое очень долго задерживалось.
    Когда шум наконец стих, он поднял свой посох и показал на Тоа Нува:
    – Мы вышли в свет после тьмы. И в этот великий день мы должны поблагодарить шестерых героев, стоящих перед нами...
    Его речь была прервана стремительной тенью, пробежавшей по лунам-близнецам, и порывом ледяного ветра, пронесшегося по Колизею. Таху взглянул на Гали, смущенный и озадаченный. Они все уже чувствовали нечто подобное раньше, но никак не ожидали ощутить это вновь.
    – Смотрите! – сказал Копака, показывая на небо. – Звезды! Смотрите, что происходит со звездами!
    Высоко наверху звезды Метру Нуи метались по небу, бесцельно кружась. Казалось, что сама вселенная разрушается и одновременно создается заново. Медленно звезды начали останавливаться, застывая в узоре одновременно странном и пугающе знакомом. Случайно разбросанные по небу звезды образовали силуэт – и это был силуэт Маски Теней.
    – Это невозможно, – сказал Таху. – Зачем звездам двигаться, чтобы выглядеть как маска Макуты? Разве что...
    – Нет, – сказал Онуа. – Нет, этого не может быть.
    – Что это значит? Что это может значить? – спросила Гали.
    – Думаю, я догадываюсь, – ответил Копака. – Радиак сказал, что Макуты хотели, чтобы Мата Нуи проснулся, но мы не могли понять, почему. Да защитят нас Великие, если я прав насчет того, что произошло...
    Ответ прозвучал со всех сторон сразу. Мрачный, лишенный веселья смех загрохотал от каждого камня, каждой звезды, земли, неба, океана. Матораны сгрудились в страхе от этого звука, а Тоа обнажили оружие.
    – Макута! – закричал Таху. – Мы думали, что ты уничтожен, но если мы ошиблись, то готовы исправить это! Покажись!
    Ответ пришел в раскатах грома:
    – Показаться, ничтожная мошка? Посмотри вокруг, Тоа Таху – я повсюду. Я – все, что ты видишь.
    – Какое новое преступление ты посмел совершить? – закричал Турага Дума.
    – Не преступление, мудрец, – ответил Макута голосом мягким, как ветерок, предвещающий бурю. – Ваши герои вырвали Мата Нуи из лап смерти... но, прежде чем его дух смог вернуться в тело, мой проник туда и занял его место. И когда Тоа Нува пробудили Мата Нуи, они пробудили его тело... с моим разумом.
    – Мы уже сражались с тобой, – сказал Копака. – И сделаем это вновь!
    Макута засмеялся, заставив Колизей содрогнуться:
    – Будете ли вы сражаться с воздухом, которым дышите, Тоа? С землей, по которой ходите? Поймите - мне больше не нужно сражаться с вами, надеясь властвовать над вселенной. Я и есть вселенная.
    Конечно, у вас есть еще одна надежда, – продолжил Повелитель Теней. – Сам Мата Нуи. Как плохо для вас, что я изгнал его дух в Маску Жизни, а сейчас...
    Земля страшно затряслась, когда поток энергии захлестнул все сущее.
    – ...Сейчас я изгнал маску из этой вселенной. Надеюсь, вы насладились мимолетными мгновениями радости, Тоа... они были последними, которые вы испытаете в грядущую вечность.

    А где-то посреди бесконечной пустоты между "там" и "здесь" летела Маска Жизни. Освободившись от оков вселенной Маторанов, она вновь из серебряной стала золотой. В себе, в путешествии, пункт назначения которого не ведал никто, она несла разум и душу Мата Нуи. Но если бы кто-нибудь мог слышать существо внутри маски, одно утверждение было бы ясным, звучащим в пустоте, подобно звону колокола:
    Я вернусь.

+6

11

а где можно купить эту книгу на русском?

0

12

а где можно купить эту книгу на русском?

Никак, русского издания не существует и не будет существовать.

+1

13

жаль :'(

0


Вы здесь » Кини-Нуи » Книги » BIONICLE Legends#11. The Final Battle